Бесправная любовь

Александр брал все, что ему требовалось. Сладость её губ. Мягкость. Податливость. Она отвечала, что-то периодически мурлыча и дрожа рядом с ним. Встала на носочки, чтобы дотянуться до его макушки и запутаться пальцами в волосах, поскрёбывая кожу головы.

Ярмолов сжал её грудь, затеребил сосок, немного вытянув его, вызывая раздражение, импульсы, за которыми всегда шло желание. Арина затрепетала, потерлась о него, как кошечка.

Да. Вот так. Её грудь манила и звала. Он на неё тоже набросился, нагнувшись и поймав губами навершие.

Арина пискнула и сильнее вцепилась в его плечи.

– Ногу на сундук закинь, – не своим, охрипшим от раздирающего желания голосом распорядился Ярмолов.

Арина пошатнулась назад, он поймал её и сам поставил ногу, распахивая девочку для себя.

А потом присел на корточки.

– Саш…

– Что?

– Нет! – она быстро-быстро закачала головой, прикрыв лоно ладошкой.

– Что «нет»?

Даже в полумраке было видно, как кровь прильнула к щекам девушки.

Вид снизу сносил крышу окончательно. Эти небольшие груди с дерзко торчащими сосками, приоткрытые губы. И лоно, которое рядом. До которого можно дотронуться губами, лизнуть…

– Я потная и…

Арина шумно задышала, потом зажмурила глаза и попыталась опустить ногу, но не тут-то было, Александр успел подставить локоть.

– Не хочешь, чтобы я тебя лизал? – он намеренно провоцировал её, называя вещи своими именами.

– Господи, Саш…

– Что? – мужчина не заметил, как его губы растянулись в счастливой улыбке.

– Мужчины же не любят это! – привела она последний довод, пряча лицо в одной ладони.

– Кто сказал такую чушь? – довольно хмыкнул он и поцеловал низ её живота, жадно вбирая в себя пряный запах возбуждения.

Она задрожала, казалось, вся. Он же коснулся пальцами её розовых набухших складочек. Прошелся по ним одним пальцем.

– Нравится?

– Угу, – она быстро-быстро кивнула.

– Посмотри на меня, Ариш. Посмотри, что я с тобой делаю.

Ему чертовски нравилось провоцировать её, потому что Арина отвечала с такой неприкрытой наивностью, что собственное желание усиливалось десятикратно. Ярмолов никогда не понимал стремления некоторых мужиков «воспитать» под себя любовницу, но тут… Арина – другая. Открытая. Честная.