Гиперборей

Олег дождался, когда звон оружия стал ближе, а крики раздались уже почти возле сарая, рывком распахнул дверь, бросился вдоль стены, пригнув голову."

"Костичи ворвались в святилище: перед статуей Сварожича лежали священные ножи из блестящего кремния. Трое огромных воинов спешно рубили статую бога. Набежали урюпинцы, тут же полегли под дротиками. Костичи врывались разъяренные, вопили и кусали щиты, как северные берсерки. Урюпинцы же сражались упорно, не сдвигаясь ни на шаг со своей земли. Мечи и топоры звенели люто, в воздухе кипела тяжелая брань, слышались крики и вопли раненых.

Олег на бегу сшиб плечом набежавшего урюпинца, Асмунд на миг остановился, снес топором голову упавшего, Рудый с разгону так поддал ему сзади коленом, что грузный воевода — дабы не зарыться носом в землю — бежал, как конь, догнал и обогнал пещерника.

Впереди был звон мечей: двое воинов, одетых одинаково и похожих друг на друга настолько, что можно было принять за близнецов, сражались остервенело, оба в крови, дышали тяжело, как разъяренные смоки, но люто кидались друг на друга, оба призывали Сварожича и оба кляли Ящера.

В низине виднелись кони, но там кипел лютый бой. Последние из урюпинских отроков падали под ударами, костичи начали разбирать коней. Олег длинно выругался по-скифски. Рудый тут же навострил уши, пытаясь запомнить сложное заклятие, а потом спросить, в каких случаях и от чего помогает.

Олег, как лось, вломился в кусты, понесся через завалы, ямы, валежины. Русичи спешили изо всех сил, но отстали, к тому же Асмунд сильно хромал.

— Куда спешим?.. Корчма в другой стороне...

— Там окольная дорога, — крикнул Олег через плечо. — Перехватим коней. Если успеем!

Он скрылся впереди, руяне угадывали его бег лишь по треску сучьев, но затем и это стихло. Рюрик пробежал еще, сбавил шаг — в таком виде он мясо, а не воин. Асмунд и Рудый остались далеко позади, он слышал их по хриплому дыханию.

Рюрик тащился шагом, сердце выпрыгивало, избитое тело ныло. Меч он держал наготове, другой рукой вяло убирал ветки от лица.

Внезапно деревья расступились. Рюрик вылетел на лесную дорогу. Испуганно ржали и вздымались на дыбы двое коней, пещерник удерживал их за уздцы, что-то приговаривал ласково. Рюрик с разбегу ухватил одного коня, повернул ему голову, отпустил, давая ощутить железные руки хозяина-воина. Конь мелко-мелко дрожал.