Гиперборей

Рюрик удивленно вскинул брови, сказал саркастически:

— С чего бы? Какие люди злые, недобрые! Ты ведь всего лишь жульничаешь в кости, лазаешь к чужим женам, устраиваешь драки на улицах, пьешь беспробудно, воруешь, врешь, сталкиваешь старых друзей просто ради своих шуточек...

Рудый с неудовольствием развел руками:

— Княже, у всех свои маленькие недостатки.

Олег сказал резко:

— Нас трое мужчин, этого достаточно. Все, выступаем.

Он пошел к двери, не оглядываясь. Воеводы с железным грохотом развернулись вслед.

Рюрик пошел за Олегом, обнимая Умилу за плечи, крикнул:

— Олег, погоди! Этого злодея лучше взять. Оставить его теперь, против его воли? Весь остров будет в опасности. Всех перессорит, обворует, кого-то просто зарежет... Ты заметил, он знает места, по которым идти войску. И нам тоже. И с оружием таков, что я не встречал!

Рудый хищно улыбнулся Олегу. Олег бросил с безнадежностью:

— Если нет другого выхода...

Улыбка Рудого перешла в оскал. Он быстро поднялся, подмигнул Гульче, оглядев ее плотоядно, и все гурьбой вышли в темноту.

Асмунд и Аскольд крепко обнялись, долго хлопали друг друга по спинам. Дир подвел лошадей, но Олег сказал резко:

— Коней — обратно! Коня князя знают, а мы должны уйти неузнанными.

Аскольд вспыхнул от негодования:

— Какой же князь без коня?

— Асмунд знает, — бросил Олег. — Он нанял драккар, а на драккары не берут коней.

Рюрик обнялся с остающимися воеводами, сказал успокаивающе:

— Будут у нас кони! Самые лучшие. Но — позже.

Аскольд и Дир остались в ночи, не двигаясь с места.

Четверо мужчин, спрятав под плащи оружие, неслышно двинулись по ночной улице навстречу неумолкающему шуму прибоя. Между ними держались две женщины — высокая несла ребенка. На фоне густо усыпанного звездами неба четко вырисовывался лес мачт."

"Единственным кораблем, готовым к отплытию, оказался старый драккар, видавший лучшие времена. Носил грозное имя «Гнев Вотана», но похоже было, что гнев грозного бога обрушился прежде всего на сам зачуханный кораблик.

Рядом с ним стояла широкобортная ладья, на которой Олег прибыл на остров, все еще пустая. В гавани по-прежнему теснились нефы, караки, драккары, а также исконно новгородские кочи, карабасы, на которых местные ушкуйники готовились добраться до Царьграда, потом выйти в Средиземное море. Волны тихо били в борта, корабли раскачивались, глухо стукались бортами.

Асмунд отправился искать хозяина, а Олег искоса присматривался к спутникам, особенно к Рудому.