Архитектор Душ II

Жалко за все то, что с ней сотворил старый Громов, превратив ее, живую и яркую, в эту женщину, для которой сдержать ядовитое слово на языке — уже подвиг.

В этой наступившей, тяжелой тишине, полной невысказанных слов, раздался резкий, дребезжащий звук.

Бззззт. Бззззт-бззззт.

Телефон. Мой телефон, который я оставил лежать на столе экраном вверх.

Он завибрировал снова, и его экран осветил наши застывшие лица. Три пары глаз, как по команде, устремились на него. На экране горело push-уведомление от «Имперграмма». И имя отправителя, которое было видно даже отсюда.

«Лизавета».

Я смотрел на него. Алиса смотрела на него. Лидия смотрела на него. Вся кровь отхлынула от моего лица. Этого не могло быть. Внутри все похолодело.

Тишину нарушал только тихий гул холодильника на кухне. Я медленно, словно боясь спугнуть призрака, протянул руку и взял телефон. Стекло было холодным."

"Мой большой палец завис над экраном.

Затем я смахнул блокировку и открыл чат.

Глава 9

Когда Феликс Рихтерович бросил Громову рапиру, Лидия просто смотрела.

Она дала Громову номер своего старого учителя, почти друга семьи только с одной целью — хотела, чтобы Громов получил лучшего тренера, который только был в городе. Если уж ему суждено драться за их, возможно, общую жизнь, то пусть у него будет хоть какой-то шанс.

С другой стороны ей было интересно посмотреть. Увидеть Виктора Громова в ситуации, где его статус и умение манипулировать людьми не будут стоить ровным счетом ничего. Увидеть его беспомощным и неуклюжим.

Да, она помнила, как Громов постоял за них тогда в кабаке Торбина, и как он без капли сомнений бросил вызов Орлову за то, что он на весь дом Муравьевых оскорбил их.

Но желание посмотреть, как над ним будут издеваться, грело ее душу. Но то, что произошло дальше, заставило ее забыть о злорадстве.

Тело Громова изменилось. Ушла сутулость, исчезла та ленивая, вальяжная расслабленность, которая так ее бесила. Он встал в стойку. Криво, с ошибками в постановке ног, но эт была настоящая фехтовальная стойка.

А потом начался бой. И Лидия, забыв, где она находится. Превратилась в чистого аналитика. Она смотрела не на драку, а на танец стали. Феликс двигался легко, почти танцуя, его клинок был продолжением руки. Он не атаковал, он вел, задавал вопросы, на которые Громов был вынужден отвечать.

И ответы Громова… она не могла подобрать точного слова.