Герцогиня Чёрной Башни. Хроники Паэтты. Книга II

– Да назад-то проще будет! – отмахнулся Бобок. – Сани мы продадим, а верхами, да без поклажи куда быстрее. В неделю дома будем!

– Всё равно, – непререкаемым тоном ответила Солана. – Я не возьму у вас ничего. Не бойся, дядя Бобок, я не пропаду. Пальцы ловкие – найду какого-нибудь растяпу, да кошелёк срежу. Завтра же уплыву отсюда, вот увидишь!

– Не увижу, – неловко улыбнулся Бобок, пытаясь скрыть невольную печаль. – Завтра мы уже будем в дороге.

– Ну так поверь на слово! – улыбка Соланы вышла такой же кривой.

Они на какое-то время замолчали, и вымученное молчание это продлилось до самых городских ворот. Там, заплатив небольшую пошлину за въезд в город обоза, они оказались наконец на центральной улице Шинтана. Именно здесь Солана решила попрощаться со своими спутниками.

– Ну бывай, малец! – Бобок упрямо продолжал кликать её Солом и обращаться как к парню. – Надеюсь, ты достигнешь своей цели.

– Спасибо, дядя Бобок, – Солана вновь начала раскисать, поэтому поминутно шмыгала носом и утирала глаза.

– Не забуду, – заверил бородач. – На этот счёт не переживай. И главное – помни: мы с ребятами больше не верим всей той чуши, что про тебя сказывают.

– Спасибо вам, – слёзы текли в два ручья, размазывая ставшие столь родными лица в какие-то невнятные пятна. – Прощайте!

– Прощай, Солана! – Бобок впервые назвал её настоящим именем, а затем вдруг заграбастал в свои богатырские объятия.

Солана, уткнувшись лицом в его пахнущий морозом и дымом тулуп, рыдала уже в полный голос, как никогда похожая на расстроенную малолетнюю девчонку.

***

Солана брела по запруженным народом улицам Шинтана. Всю свою недолгую жизнь она прожила в местах безлюдных, где деревня в сто душ считалась большой.

Среди гоблинов она чувствовала себя повелительницей, эпицентром всего этого неупорядоченного множества. Здесь же, в этом городе, она внезапно ощутила себя пушинкой, которую ураган швыряет в угоду собственной прихоти, совершенно равнодушный к её судьбе.