Герцог-упрямец

Я не причинила никакого вреда, просто попыталась помочь женщине умереть без излишней боли.

Эрик посмотрел на мистера Драммонда, шагавшего к своему другу Джону.

– А может, он специально…

– Возможно, это просто совпадение, – перебила Девина. – Или он случайно ошибся с дозой. Или же то, что ты подозреваешь. Я совсем его не знаю и не могу строить догадки. – Девина посмотрела на темные тучи, успевшие плотно затянуть горизонт, и, тихо вздохнув, добавила: – Похоже, скоро пойдет дождь. Мне пора идти.

– Нет, ты поедешь со мной верхом, – заявил Эрик.

Он взял ее саквояж и привязал к седлу, затем усадил жену, после чего сам запрыгнул в седло.

– Мне это не нравится, Девина. Я не хочу, чтобы ты ходила лечить заболевших фермеров.

«Я тебе запрещаю». Она ждала именно эту фразу. Брентворт ее не произнес, но она знала, что так думал.

Вот почему женщинам не разрешали изучать медицину. Да и почти все остальное… Муж не хотел рисковать ее здоровьем. Ох, до чего жалкая у нее будет жизнь без этого риска.

Прижавшись к Эрику, она пробормотала:

– По твоим словам, ты не ждешь, что я перестану быть самой собой. Что ж, вот такая я и есть, Брентворт.

Глава 23

Они заполняли свои ночи любовью и эротическими исследованиями, и в такие часы Эрик чувствовал себя по-настоящему счастливым. В темноте, когда горел только камин, они становились единым целым – одним сознанием, одним телом и одной душой. Однако днем то и дело назревал скандал.

На следующей неделе Девина дважды открыто бросила ему вызов.

Ни у одного из фермеров ничего заразного не было. Первый, как позже рассказала Девина, вывалился из фургона в глубокую канаву и теперь страдал от головокружений.

"– И чем ты ему помогла? – спросил Брентворт ночью, после страстных объятий.

– В основном влажными компрессами. Чтобы унять жар и облегчить боль. Его мать приготовила ванночку с травами, чтобы отмачивать в ней руку.