Гарри Поттер и Принц-полукровка

Я подслушал их разговор на вечеринке профессора Хорохорна… Если честно, я следил за ними…

Дамблдор внимал рассказу с невозмутимым выражением лица. Когда юноша закончил, директор несколько секунд помолчал, а затем проговорил:

— Спасибо за информацию, Гарри, но рекомендую тебе выбросить это из головы. Не думаю, что это столь уж важно.

— Не столь уж важно? — поразился Гарри. — Профессор, вы не поняли?..

— Гарри, поскольку природа наделила меня, не побоюсь этого слова, выдающимся интеллектом, я понял всё, сказанное тобой, — Дамблдор не скрывал иронии.

Гарри молчал, ошарашенно уставившись на Дамблдора. Что же это получается? Выходит, Дамблдор сам поручил Снэйпу разузнать о занятиях Малфоя — и, следовательно, всё, о чём сейчас поведал ему Гарри, уже узнал от Снэйпа? Или директор просто скрывает свою тревогу?

— Значит, сэр, — начал Гарри вежливым и спокойным, как он надеялся, тоном, — вы всё ещё продолжаете доверять?.

— Мне достало терпения уже ответить на этот вопрос, — отрезал Дамблдор, терпение которого в данный момент, судя по голосу, подходило к концу. — Ничего нового я не сообщу.

— Полагаю, нет, — послышался ехидный комментарий: Финеас Найджелус, очевидно, лишь притворялся спящим.

Дамблдор пропустил его слова мимо ушей.

— А теперь, Гарри, нам, наконец, следует перейти к делу.

Гарри внутренне готов был взбунтоваться. Может быть, стоило отказаться от смены темы и настоять на обсуждении действий Малфоя? Словно прочитав мысли юноши, Дамблдор покачал головой:

— Ах, Гарри, как часто такое происходит, даже между лучшими друзьями! Каждый человек полагает, что волнующие его вопросы куда значительнее того, о чём собирается говорить собеседник, но кому-то так или иначе приходится уступать…

— Я не считаю, что вы собираетесь говорить о пустяках, сэр, — выдавил Гарри.

— И правильно, поскольку это действительно важно, — оживился Дамблдор. — У меня есть ещё два воспоминания — ты их сегодня увидишь. Оба они добыты с огромным трудом, и второе я полагаю первостепенным среди собранных мной.

Гарри промолчал. Он по-прежнему был рассержен столь равнодушным отношением к своим новостям, но не видел смысла спорить дальше.