Жаль, не добили

– Сам не догадываешься, кто на тебя донес? – спросил Волков.

– Да чтоб я так знал, как я не знаю, – проворчал Алексей.

Трясся в пальцах наполненный стакан. Приехали, товарищ капитан, превращаетесь в алкоголика. Его опять несло, он крыл кого-то матом, грозился оставить службу. Не важно, что при этом имелся реальный шанс поехать на Колыму, а не в родной Ленинград. Хорошо, что хоть в драку не бросался. Но товарищей изрядно разозлил.

– Заткнись и слушай, что скажут умные люди! – заявил Волков. – Все будет хорошо, командир.

Мы при деле. Снаряд дважды в одну воронку не падает. Выбрось из головы свою бабу и несостоявшуюся отсидку. Не раскисай, возьми себя в руки. Закончится очередная посадочная кампания, будем нормально работать. Она уже позади. Уцелели в войну, переживем и эти неурядицы. Ты просто выпил и ни хрена не соображаешь.

Он не помнил завершения банкета. Куда подевались эти два мудреца? Добрел до кровати, завалился мертвым, в чем был.

Утром его вытряхнул из койки громовой стук в дверь.

Он сел, ошарашенный, опухший донельзя. Бандеровцы так не шумят. Нина Верещагина тоже не будет. Свои вернулись, сетку забыли? Тоже вряд ли. За окном набирал обороты солнечный день.

– Капитан Кравец, вы дома? Немедленно откройте! – донесся рассерженный голос.

В принципе, ему было безразлично. Он дотащился до двери, кое-как отвел створку.

– Что у вас за вертеп? – В квартиру вошел капитан со смутно знакомым лицом. – Почему вы не вышли на службу, Кравец? Немедленно собирайтесь, вас ждут в управлении.

 – Он помедлил, смерил неприязненным взглядом похмельного героя, на всякий случай козырнул и назвался: – Капитан Гуляев, офицер по особым поручениям.

Мальчик на посылках, проще говоря. Даже несколько таковых. В квартиру с любопытством заглядывал автоматчик с лычкой ефрейтора.

«Не арест, – сообразил Алексей. – А что тогда?»

– Подробности, капитан?

– В трибунале будут подробности, – не сдержался Гуляев. – Торопитесь, Кравец. Машина у подъезда. Это возмутительно, товарищ капитан!

Он мог бы ответить достойно, но не стал.

Надевать форму в его состоянии было глупо. Одна щетина чего стоила. Брюки из шкафа, рубашка, жилетка, пиджак. Остались еще чистые тряпки в этом доме. Алексей торопливо поводил щеткой по ботинкам под нетерпеливым взором капитана.

Это действительно был не арест. Спустя пятнадцать минут он с гордо поднятой головой вошел в кабинет полковника Кускова. В предбаннике у него зачесалась спина от изумленного взгляда секретарши.