Фрэнк на вершине горы

— А нет ли там кого-то с математическим образованием? Мне тут позарез такой нужен.

— Найдем, — воодушевленный Ларс, кажется, готов был пообещать, что угодно. — Я стану куратором проекта. Это же совершенно новый виток развития в моей карьере! А то, знаешь ли, уничтожать всяких монстров куда менее приятно, чем пристраивать их в заповедники.

— Мы тут не монстры, и Нью-Ньюлин — не заповедник.

— Не придирайся к словам.

— Буду придираться, — заупрямилась Тэсса. — Потому что ты придаешь совершенно неверные смыслы.

— Договорились. Ты станешь куратором куратора. Обещаю, что не буду озвучивать никаких смыслов, не согласовав их с тобой.

— Термин «атипичные люди» меня вполне устроит.

— Спасибо, записал. Я пришлю тебе все материалы.

— И физика-математика.

— И физика-математика.

Глава 36

— Итак, — сказала Бренда, — открываем первое семейное собрание.

Она окинула всех внимательным взглядом, желая убедиться в том, что важность мероприятия оценена по достоинству.

Одри и Джеймс сидели плечом к плечу, притихшие и любопытные.

— Главный вопрос на повестке дня, — строго сказала Бренда, — это то, как мы будем жить дальше. Нам нужен дом для большой семьи, а бездельник Эллиот перехватил Фрэнка Райта.

— Ну кто-то же построил ваши дома, — заметил Джеймс.

— В те времена здесь были только Вуттоны, прежний смотритель кладбища Малкольм и мы с Джоном.

— Это самое, — крякнул Джон, — предлагаю поступить также, как и все остальные: написать заявление Тэссе Тарлтон, пусть решает проблему. Все равно, между нами говоря, не больно-то она занята.

— Правильно, — одобрила Бренда. — Так мы и поступим.

***

— И все-таки, — сказала медсестра Хорредж, — напрасно вы позволяете своему мужу эти капризы…

— Эти капризы? — нахмурилась Камила.

Любого другого человека с такими заявлениями она бы немедленно послала к черту, но это же была акушерка, которая только что измерила вес и давление, послушала сердцебиение плода и заверила, что беременность протекает отлично. Глупо было спорить с таким полезным человеком.

— Вы не понимаете, — проговорила Камила как можно спокойнее, — это не вопрос капризов, это вопрос жизни и смерти.