Фрэнк на вершине горы

Дикая необузданность, как в ночь призрачных дев, сочеталась в Тэссе с будничной хладнокровностью, почти черствостью, а Холли, чуткий эмпат, очень тяжело переносил равнодушие.

— Да ну вас, — буркнул он растерянно, — нельзя же верить всему, что я болтаю! Лучше объясните — про свадьбу — это без дураков? Надо заказать самое дорогое в мире кольцо?

Тэсса расхохоталась так оглушительно, как нельзя хохотать в похоронный день. Стайка птиц осуждающе вспорхнула с крыши дома сварливого Джона.

— Хороша же я буду, в самом дорогом кольце и фате, приклеенной к лысине, — простонала она.

— И даже потом, когда волосы отрастут… Холли, милый, мы просто все сегодня впечатлились помолвкой на поминках, вот и болтаем глупости.

— Но ведь… — начал было Фрэнк, и Тэсса его быстро и примирительно поцеловала, он вздохнул и обнял ее. Огромная лапища на тонком плече — всегда красивое. Холли улыбнулся сам себе, любуясь. Его любимая картина.

— Но если вам нужны деньги, — на всякий случай сказал он, — я готов их выдать без сложных схем со свадьбой.

— Асфальт, — тут же сказала Тэсса.

— Ни за что, — без заминки отказался Холли. Они не в первый раз вели этот спор. — Это совершенно испортит живописность деревни.

Они остановились и как по команде обернулись, любуясь единственной улицей, домами на ней и зажигающимся светом в окнах.

— Да, — согласился Фрэнк.

Глава 34

Кимберли Вайон, сумасшедшая предсказательница, всегда жила сама по себе, и никто никогда не знал, где она пропадала целыми днями.

Эта женщина появлялась внезапно, как чертик из коробочки, и исчезала, не оставив никаких объяснений. Камила никогда не любила ее, но беременность творила с ней странные, необъяснимые вещи, и вот — ты вдруг битых три часа рыщешь по всей округе в поисках человека, который тебе даже не нравится.

Кимберли нашлась в зарослях ежевики на полдороге к трассе. Что-то напевая себе под нос, предсказательница обрывала листья кустарника.

— Привет, — воскликнула Камила, запыхавшись. — А вот и ты.

— Вот и я, — согласилась Кимберли рассеянно, — какое счастье.

— Послушай, у меня к тебе есть вопрос.

— Ну разумеется, есть. Я бы удивилась, если бы его не было.

Камила с трудом подавила ядовитые слова, которые буквально пощипывали ей язык, до чего же ее раздражала такое самодовольство! Но пришлось наступить на горло собственной гордыне, потому как пришла она просительницей.