Формула одиночества

Какое-то время Марина наслаждалась одиночеством, затем соседний столик заняла шумная компания жгучих брюнетов в белых брюках и пестрых рубашках. Они заказали вино, шашлыки и хачапури и поначалу не обращали на Марину никакого внимания. Она и вовсе их не замечала, потому что была поглощена любимым занятием русских интеллигентов – поиском болевых точек в своей душе.

Марине казалось, что ее сердце превратилось в сплошной нарыв, который грозился вот-вот лопнуть. Ей не хотелось предполагать худшее, не хотелось думать, что Арсен снова ввяжется в какие-то конфликты, тем более в военные.

Естественно, она помнила его слова о возможной высадке близ Гагры еще двух групп диверсантов. Но ни Арсен, ни Игорь не сказали ей ни слова о том, что примут участие в их ликвидации. Правда, Арсен намекнул о каких-то делишках в Сухуме... И, вернее всего, они как раз были связаны с обострением обстановки в Кодорском ущелье. Лавр тоже ничего не уточнял. Но разве можно обмануть женщину, которая любит?

Чтобы не навредить Арсену и Игорю, Марина не посмела задать кое-какие вопросы следователю прокуратуры, тем более она не рискнула расспрашивать сотрудников госбезопасности.

И теперь маялась от неизвестности, от невозможности что-то прояснить. К тому же Анжела, сама того не ведая, изрядно ее напугала. Она сообщила, что многих резервистов, в том числе ее Виталия и еще трех сотрудников фруктовой компании, призвали под ружье. Виталий собрался быстро, словно по тревоге, и на взволнованные вопросы жены ответил коротко, что будет участвовать в рейде. В каком именно рейде и почему для этого потребовался автомат, не объяснил, но, очевидно, он и сам не знал точно, с какой целью его мобилизовали.

Анжела реагировала на отъезд мужа по-своему: ругалась, роняла тарелки, а затем вдруг села на стул и беспомощно посмотрела на Марину, которая почти не осознавала происходящее вокруг. Перед этим она битый час рассказывала Анжеле о том, что произошло с ними близ Рицы, и уже засыпала то ли от усталости, то ли наступило действие лекарств, которыми ее напичкала хозяйка.

– Марина, неужели снова война? – шепотом спросила Анжела.

Глаза ее были полны слез. Она нервно комкала в руках кухонное полотенце и все время оглядывалась на дверь кухни. Не дай бог ее смятение заметят постояльцы и засыплют вопросами, на которые ни та, ни другая женщина не знали ответа. К счастью, появление Марины, Вадика и банкира на машине Славика осталось почти без внимания.