Флетч и Мокси

 – Куда катится мир? Подумать только, такого человека, как Стив Питерман зарезали насмерть у меня на глазах.

– Правда?

– Что вы хотите этим сказать, молодой человек?

Флетч вновь вырулил на дорогу 41.

– Его закололи ножом у вас на глазах?

– Нет. Честно говоря, я ничего не видела. И не представляю себе, как такое могло случиться.

– Вы были близки?

– Как брат и сестра. Стив был рядом со мной много лет. Помогал мне. В огне и в воде. В хорошие времена и в плохие. При успехах и неудачах.

– При встречах и разлуках.

– Встречах и разлуках.

– Приездах и отъездах.

– Приездах и отъездах.

– Отлично, девочка, – раздался сзади голос Фредерика Муни.

Мокси сняла шляпку с вуалью и бросила на заднее сидение рядом с отцом. Заулыбалась.

– Я знала, что тебе понравится, О-би."

"– Как я понимаю, дорогая дочь, если тебе не удастся удачно сыграть эту роль, следующую придется ждать очень долго, да еще и в каталажке.

– Он просидел несколько дней в тюрьме, чтобы войти в роль, – пояснила Мокси.

– Правда?

– Фильм назывался «Святой среди убийц».

– Понятно.

– Ты оборвала жизнь этому бедолаге, дочь?

– Честно признаюсь, нет.

– Судя по тому, что сказал мне Питерман, дело серьезное.

На переднем сидении Флетч и Мокси недоуменно переглянулись.

– Питерман? – переспросила Мокси, обернувшись к отцу.

В зеркале заднего обзора Флетч увидел, что Фредерик Муни показывает на него.

– Питерман.

– О-би, это Флетчер. А Питерман – фамилия убитого.

– Вроде бы он назвался Питерманом, – пробормотал Муни.

– Как он мил, мой О-би, – улыбнулась Мокси. – Всегда в курсе моих дел. Знает все о моей жизни. Друг всех моих друзей. И главное, любящий и заботливый отец.

– Так кого же закололи? – спросил Муни.

– Другого, – ответил Флетч.

– Тогда вы – Питерман, – заключил Муни.

– Нет, я – Флетчер. Я рассказал вам о Питермане.

– Это ничего не меняет, – Муни глотнул из бутылки.

– Дело очень серьезное.

Дабы не мешать Фредерику Муни общаться с бутылкой, Флетч обратился к Мокси.

– Ты зовешь отца О-би?

– Только когда обращаюсь к нему.

– Для меня это внове. Ты всегда называла его Фредди. – Поначалу он звался О-би-эн. Сокращение от «О, Блистательный Наш». Придумала это прозвище моя мама, когда они поженились и только начали сниматься. Она и сейчас его так зовет. В минуты просветления. В клинике. Бедная мама. С годами О-би-эн сократилось еще больше, до О-би.

– Они зовут меня О, Преисподняя, – объявил Муни с заднего сидения, голос его заполнил весь салон.