Фэнтези 2004

К вечеру Орен согнал их с дороги, и вывел к роднику. То ли знал, что здесь есть вода, то ли услышал. А может, учуял — сказывают, некоторые люди чувствуют воду даже под землей. Распорядился:

— Костер разводите. Грибы, корни, орехи собирать можно, но не удаляясь."

"Квилл снова принялся нудеть — мол, что они соберут, топчась на поляне, хотя вовсе не рвался углубляться в заросли. И снова напрасно. Орен в самом деле знал, где устраивать привал и ночлег. Орехи, правда, были еще зеленые, и брать их не стали, а вот грибов насобирали вдосталь.

Муг оказался изрядным кухарем — вот уж о чем сроду не догадаешься, из пятерых он был самый худой. Он сварил кашу с грибами, добавил туда каких-то травок — так сытно и вкусно Тевено не ел с того дня, как покинул родительский дом. Остальные тоже. Фола потянулся было за сухарями, но Орен не велел их трогать.

— Не всегда костер можно разводить, — сказал он.

Сам конвоир участия в приготовлениях к ужину не принимал. Ходил, осматривался, принюхивался. Потом уселся в стороне от костра, из общего котла не ел.

Голодным тоже не остался — достал откуда-то ломоть черного хлеба, посыпал солью — у него с собой была, завязанная в тряпочку, и съел. Сидел, прислонясь к дереву, молчал. Голову свесил, не поймешь, то ли спит, то ли надзирает. Лучше, конечно, не проверять.

Остальные, повечеряв, затеяли говорить. Намолчались по пути в цитадель и в самой цитадели. А здесь — притерлись уже друг к другу, и конвоир всего один, и вдобавок в стороне.

— Жаль, родничок маленький, — сказал Муг, — рыбы наловили бы, ушицы сварили…

— Нажарить тоже неплохо бы, — добавил молчавший доселе Лейт.

— Слышь, братцы, — встрепенулся Фола, — а почему этот…наш… говорит, что огня не можно будет жечь? Как без огня-то? И зверей отпугивает.

— Одних отпугивает, других приманивает, — усмехнулся Лейт. — Да и не зверей тут бояться нужно.

— Ты о чем? — спросил Тевено. Он думал о приятеле своем Рене, о вольной ватаге, с которой тот водил компанию, и где мог бы сейчас оказаться сам Тевено.

— О чем, о чем… — Лейт сплюнул, не впервые за день, но не от отвращения, а от сглаза.

 — Они разные бывают.

— Так они, я слышал, тоже огня боятся, — возбужденно сообщил Фола. — И брани… это… непристойной.

Квилл ухмыльнулся, однако промолчал.

— Которые самые слабые, может, и боятся, — мрачно сказал Лейт. — Таких-то, конечно, отпугнуть, если знать как, труда не станет. А самые сильные — они самые злые и есть, и твой костер и ругань твоя им нипочем, словно камню укус комариный.