Это всё ты

Но нет… Это не страсть. Это мучительный протест.

Желудок скручивает и подбрасывает к горлу, где уже безумствует сердце. Боль подтягивает тошноту, которая заставляет меня впервые в жизни оттолкнуть Свята раньше, чем мысленный счет добирается до десятки.

Задыхаясь, хватаю губами воздух. А в глазах уже темнеет. Как ни пытаюсь справиться со своими странными реакциями, сердце загибается в тех немыслимых сокращениях, которым его подвергли сумасшедшие колебания в моей неустойчивой нервной системе.

– Разволновалась? – шелестит Святик.

Я киваю только потому, что слишком ошарашена эмоциями. Смотрю на него со страхом… Но нет, мне приятно видеть его лицо.

Я счастлива! Я очень скучала! Я хочу его обнимать!

Как только становится легче дышать, встаю на носочки и обвиваю руками шею Святика. Прикрываю глаза. Расслабляюсь в окутывающем меня коконе безопасности.

– Сейчас трудно поверить, что я без тебя шесть недель продержалась, – бормочу с улыбкой.

– Значит, все-таки не хватало?

В его голосе слышны переживания, словно сомневается в положительном ответе.

– Сильно.

Все в нем мне знакомо. Все близко. Все необходимо.

Разве не так?

Просто этот поцелуй… Почему-то вызвал странные ощущения.

Будто делаю что-то неправильное. Будто нельзя нам. Будто я не хочу.

– А я… Честно признаться, волновался, – шепчет Свят, потираясь носом о мою щеку.

Эта пылкая речь вгоняет меня в ступор. Единственным выходом из которого становится очевидное намерение Свята меня снова поцеловать.

Я напрягаюсь, понимая, что должна выдержать в этот раз. Но, хвала Всевышнему, дверь открывается, и в квартиру входят дедушка с бабушкой. Мы моментально отстраняемся и, не сговариваясь, вытягиваемся у стены.