Это безумие, детка

В его глазах отразилась такая гамма чувств, от крайнего ошеломления до зависти, что ее накрыла вторая волна оргазма и улыбка, счастливая улыбка, которая была предназначена не Нику Леконту, а только лишь Гаспару Леоне, скользнула по ее губам.

– Шлюха! – презрительно выплюнул Ник. – Грязная, развращенная, испорченная шлюха!

Роэл перевела сбившееся дыхание. И тогда за ее спиной выпрямился Гаспар Леоне.

– Не знаю, кто ты такой, парень, но уже одним своим видом ты меня раздражаешь, – проговорил он, но его кривая ухмылка и ехидность тона не могли обмануть Роэл.

Голодные, страшные глаза Гаспара смотрели жестко и мрачно. – Про невоспитанность я вообще молчу. Не надо лезть к людям, когда они заняты своими делами, тебя в детстве не учили? И как ты там мою куколку навал? Я что-то не расслышал.

– Шлюшкой я ее назвал, – пожал плечами Ник, не чувствуя опасности. – Самой что ни на есть обычной шлю…

Роэл впервые видела, как быстро умеет перемещаться Гаспар – вот стоял рядом с ней, а через долю секунды уже оказался вплотную к Нику.

От неожиданности Леконт попятился назад, обратно во дворик, но Леоне надвигался него и это было жутко.

– Ой, как некрасиво, – сокрушенно покачал головой Гаспар, его рука, страшная рука с вытатуированным на кисти упыриным оскалом потянулась к горлу Леконта и Роэл с ужасом увидела, как ногти чернеют и увеличиваются на глазах. – Я оскорблен в своих эстетических чувствах и за это сейчас симпатичненько развешу твои кишки на ветках вон того куста.

Роэл знала, что это не пустая угроза, всей кожей ощущая исходящий от Гаспара могильный холод.

Он что-то сделает с Ником! Что-то очень плохое и…Необратимое. Каким бы ее бывший возлюбленный не был, смерти, страшной смерти от Гаспара Леоне он не заслужил.

– Сумасшедший… – в Леконте, который медленно отступал к особняку, наконец-то проснулось чувство самосохранения, а то Роэл уже решила, что оно у него напрочь отсутствует.

Холодную темноту дворика пронзило несколько вспышек. Это фотограф «Вечернего Буковеня» Айзек Егиш, днем и ночью не расстающийся со своей камерой, решил прогуляться по двору, заинтересовался происходящим и стал живо снимать.

– Гаспар! – Роэл догнала его и схватила за руку – она была твердой, как камень и холодной, точно лед. Неживой. – Гаспар… Не надо."

"Он посмотрел на нее так, словно видел впервые. В черных глазах разливалась алая жуть, и девушка поняла, что он сейчас набросится и выгрызет ей сердце прямо под вспышками фотоаппарата Егиша, а после займется остальными.