Это безумие, детка

Движение становилось все быстрее и быстрее, пока из арки не ударили ярчайшие лучи, просветив тело Боррика насквозь. Роэл замерла, вглядываясь в лицо мужчины, но и тени страдания не отразилось на нем, только лишь безмятежность. Конструкция остановилась. Десмонда, который считал себя вампиром, придерживая, вывели из арки.

– Комната считала его ауру и направила прямиком на забор, – негромко проговорил Дюпон. – Она на контуре. Теперь сбежать отсюда Рорден Боррик не сможет.

Роэл кивала и что-то отвечала, не задумываясь, пока главврач, как это уже у них повелось, провожал ее до парковки.

Громадное черное здание лечебницы в форме креста нависало над ней, и сейчас девушка была счастлива тому, что покинула его стены, будто сбросила с души тяжелый камень. И пусть в том, что сделали с десмондом, ничего страшного действительно не было, но неприятный осадок остался.

Около машины Феб, не отрывая от Роэл взгляда, осторожно сжав ее ладонь, нерешительно сказал:

– Роэл, произошедшее в Рице… Знаешь, я ругаю себя на чем свет стоит, что ушел тогда, но мне показалось… – он, как мальчишка, мотнул головой, мало сейчас походя на строгого, собранного главврача психиатрической клиники.

– Черт меня побрал, если бы я не ушел, ты не обнаружила в туалете труп! Я чувствую, что тебе нужна помощь… Давай поговорим об этом?

Святой Боже, помощь нужна ей. Как же она нужна! Да с тех пор не прошло ни одной ночи, когда бы ей не приснились кошмары про Олимпию Пиррет.

– Все хорошо. Поначалу, и правда, было сложновато, но сейчас уже лучше, – девушка слабо улыбнулась и отняла руку, хотя ей не хотелось этого делать.

Но еще больше ей не хотелось, чтобы Феб Дюпон, симпатичный Феб подумал, что с ней что-то не в порядке. Он провожал ее желтый «Жук» взглядом до тех пор, пока ее машина не скрылась из виду, а Роэл смогла, наконец, вздохнуть свободно только когда пересекла контрольно-пропускной пункт и оказалась за забором лечебницы.

Тяжелое, тяжкое, гнетущее место! Какая же она дура, что сунулась сюда!

– Оказывается, у меня есть соперник.

И кто, скучнейший главврач лечебницы, до зубовного скрежета правильный, – послышался вдруг знакомый гнусавый голос. – Разочаровываешь, золотце…

Боже, боже, будет ли когда-то конец этому кошмару? Его просто не может быть тут, не может! Это галлюцинация, кошмар, липкий бред, которым он ее заразил! Роэл резко нажала на тормоз, ударившись грудью о руль. Сгинет, сгинет, сейчас он сгинет!

Но он и не думал исчезать, вместо этого довольно скалясь в зеркало заднего вида.