Это лишь игра (СИ)

А вдруг он просто забыл про меня? Как же стыдно будет, если я позвоню, а оно так и окажется.

Внутри растет беспокойство. Я уже не замечаю ни птиц, ни солнца, ни влюбленных. Я просто сижу, жду и, если честно, уже не верю, что он придет. И на душе теперь так тоскливо… Я бы, наверное, пошла домой, если бы не бабушкины гостьи, которым бабушка наверняка рассказала про меня. И если я сейчас заявлюсь – сразу начнется: ой, а что такое? Как же твое свидание? Где же твой такой хороший Герман?

С расстройства я все-таки звоню ему.

– Я уже еду. Ты там? Скоро буду.

И всё. Ни привет, ни с праздником, ни извини, что опаздываю… И голос его совсем другой, чем обычно. Какой-то чужой, сухой, холодный.

Это так не похоже на него, но я стараюсь не думать об этом. Может, ему просто неудобно говорить сейчас по телефону.

Герман появляется минут через пять. Он только подходит, а я уже вижу – у него что-то случилось. Таким мрачным я никогда его не видела. Он и здоровается со мной одним кивком, мимолетно мазнув взглядом.

– Герман, у тебя все в порядке? – спрашиваю в конце концов.

Он реагирует не сразу и то – всего лишь опять кивает.

– Может, куда-нибудь пойдем? Или тут посидим еще? – снова нарушаю я затянувшееся, тяжелое молчание.

– Как хочешь, – пожимает он плечами. – Давай куда-нибудь сходим. В кино? В кафе? Куда тебе хочется?

А мне уже никуда не хочется.

– А как твоя мама?

– Мама… – хмыкает он. – Замечательно. Уже, считай, вылечилась.

– Правда? – не знаю я, верить ему или нет.

Он опять становится серьезным и мрачным.

– Да ничем она и не болела.

– В смысле? – ничего не понимаю я.

– Она всё это придумала. Ей просто срочно нужны были деньги расплатиться с какими-то там долгами.

– Но ты же говорил, что у нее была выписка из больницы.

– Она там работала, так что, видимо, подделала.

– Откуда ты это знаешь? Она призналась?

Он снова усмехается.

– Я сегодня ездил к ней.

– Домой?

– Ну если тот вонючий бомжатник можно домом назвать. Она была под чем-то… Ну и да, считай, призналась…

– Какой кошмар… ей, наверное, стыдно было очень, что ты ее вот так застукал.

Герман резко разворачивается ко мне.