Еще темнее

– Где ты был? Что случилось? – восклицает Грейс и, все еще рыдая, берет в ладони мое лицо.

– Мам. – Я снова обнимаю ее и целую в лоб. – Я здесь. Все хорошо. Просто чертовски долго добирался из Портленда. Что это за торжественная встреча?

Я поднимаю голову и вижу мою девочку. По ее лицу текут слезы, глаза широко раскрылись. Она прекрасна. Моя Ана.

– Мама, у меня все в порядке, – говорю я Грейс. – Что случилось?

Она говорит со мной так, словно я маленький мальчик.

– Кристиан, от тебя так долго не было вестей. Твой полетный план… ты не долетел до Сиэтла.

– Я не предполагал, что это займет так много времени.

– Почему ты не позвонил?

– У меня разрядился аккумулятор.

– Почему ты не позвонил с другого телефона?

– Ма, это длинная история.

– Ох, Кристиан! Больше никогда не поступай так со мной? Понятно?"

"– Да, мама. – Я вытираю большими пальцами ее слезы и снова прижимаю к себе. Как хорошо держать в объятиях женщину, которая тебя спасла.

Грейс успокаивается и отходит, а меня обнимает Миа.

Ой.

– Ты так нас напугал! – кричит она, вся в слезах.

Я утешаю ее, бормочу, что ведь я вернулся.

Элиот, омерзительно загорелый и свежий после отдыха на море, тоже меня обнимает.

Господи. И ты, Брут? Он с размаху шлепает меня по спине.

– Рад тебя видеть, – говорит он громко, немножко грубовато, но его голос переполнен эмоциями.

В горле встает комок.

Это моя семья.

Они заботятся обо мне. Они чертовски заботятся.

Они все переживали за меня.

Семья – самое главное.

Я делаю шаг назад и смотрю на Ану. За ее спиной стоит Кэтрин, гладит ее по голове. Я не слышу, что она говорит.

– Я хочу поздороваться со своей Аной, – говорю я родителям.

Мама улыбается мне сквозь слезы, и они с Карриком отходят в сторону. Я иду к Ане, и она встает. Мне кажется, она все еще не верит, что я вернулся. Она стоит и плачет, но потом внезапно бросается в мои раскрытые объятия.

– Кристиан! – рыдает она.

– Тише-тише, – бормочу я и с облегчением прижимаю к себе ее хрупкую фигурку.

Ана, любовь моя.

Утыкаюсь носом в ее волосы и вдыхаю их сладкий, сладкий запах. Она поднимает ко мне свое прекрасное, залитое слезами лицо, и я быстро целую ее в нежные губы.

– Привет, – шепчу я.

– Привет, – отвечает она охрипшим голосом.

– Скучала?

– Немножко. – Она шмыгает носом.

– Понятно. – Я вытираю ей слезы пальцами.

– Я думала… я думала… – рыдает она.

– Понятно.