Еще одна из рода Болейн (Другая Болейн)

— Все, все тебе, да? — Слова мои источали ненависть. — Тебе все нужно. Мало тебе короля Англии у ног, еще и мой сын понадобился. Словно кукушонок, всех остальных птенцов в гнезде готова сожрать. Что еще нам надо сделать, чтобы твоему честолюбию было довольно? Всех ты нас погубишь, Анна.

Она отвернулась, не в силах вынести написанной на моем лице ненависти.

— Хочу стать королевой, — только и сказала она. — А вам всем придется мне помогать. Твой сынок Генрих может в этом деле поспособствовать, а потом мы ему отплатим добром за добро.

— Когда мы с тобой играем, у тебя кости со свинцом. Я этого тебе не забуду, Анна. На смертном одре твоем припомню тебе, как ты у меня отобрала сыночка. Потому что боишься — своего не будет.

— Почему не будет? — Сестра по-настоящему уязвлена. — Ты родила, так отчего и мне не родить.

Я удовлетворенно расхохоталась, выплевывая слова ей в лицо:

— Потому что дни идут, а ты моложе не становишься.

Она побелела так, будто на нее снова напала горячка.

— Прекратите, — вмешался Георг, — прекратите, вы обе!"

"— Не смей этого больше повторять, — шипела сестра.

Она вскочила на ноги, бросилась бежать, только мелькала отороченная мехом накидка. Я смотрела, как она несется по тропинке ко дворцу, и думала — опасней врага не сыскать. Теперь она помчится прямиком к дядюшке Говарду, а то и к самому королю. Анну сейчас все слушаются, все, кто имеет власть надо мной.

Георг накрыл ладонью мою руку.

— Прости, сестренка, — неловко произнес он. — По крайней мере, дети останутся в Гевере, и ты сможешь с ними видеться.

— Она все себе берет, — выдохнула я. — Она всегда все брала. Но этого я ей вовек не забуду.

Весна 1529

И вот мы с Анной в монастыре Черных Братьев, прячемся за занавесями в самом дальнем углу.