Эрсус. Преддверие

— Да мне плевать, кто там спас людей, а кто нет, я хочу себе живого брата! Живого и невредимого! Кто теперь будет меня ругать? Кто будет отгонять назойливых парней от меня? А? Это все эти виноваты! — девушка была уже в истерике и не переставала рыдать.

Арина поспешила к дочке, пытаясь ту утешить, хотя сама была на грани.

— Хватит, доченька, твой брат сделал бы это для любого здесь присутствующего, для меня, для тебя, для Вадима, для твоих дедушки и бабушки, потому что он вас любит, так уж… — но слова так и не вырвались из легких заботливой матери, лишь тихий плач.

Не плакал лишь Вадим, выслушав всю историю до конца, и скромно посматривая на родных.

— Мой брат живой, — тихо прошептал тот. — Он самый сильный, он сказал, что не умрет пока не научить меня драться. Вот увидите, он вернется, скоро… Он просто уехал по делам, ведь так? — оглядел мальчишка всех присутствующих."

"Ответом было лишь молчание, и тихий плач женщин, и тяжелые вздохи стариков.

* * *И безобидный вид ребенка до сих пор стоял перед глазами полковника, который уверовал в силу своего брата настолько сильно, что даже отказывался принимать смерть родного человека.

Размышления мужчины прервал, скрип двери, послышалось глухое падение метательного ножа, и в комнату проник женский силуэт. Та аккуратно, огибая разрушенную мебель, ступая по нетронутым участкам пола, медленно подошла к супругу, присела на подлокотник кресла, обняла его, и коснулась лбом головы мужчины.

— Кеша, я думаю, что наш внук еще жив, ты ведь знаешь, у меня бывает подобное, да и прабабка у меня была знахаркой деревенской.

— Жаль, Раечка, что я тебя не послушал и отпустил его, ты ведь предупреждала, а я дурак старый…

— Кто мог знать, что случится подобное? Вот именно что никто! Зато ты хорошо обучил своего внука, ведь он столкнулся с неизвестным, а как сражался? Прямо как ты в молодости! Помнишь? — женщина, взглянула на мужчину с теплотой.

— Он лучше, — хрипло прошептал мужчина. — Гораздо лучше меня и стократ сильнее! Он не мог погибнуть, ты права, Раечка! — более уверенно сказал Белов.

— Конечно, не мог! Он вернутся, скоро! — поддержала его жена.

— Значит, нужно все подготовить к его возвращению, — мужчина медленно поднялся с кресла, искра жизни вновь вспыхнула в груди у старика, и неуверенной походкой тот покинул рабочий кабинет.

Стоило покинуть Белову кабинет, как женщина вдруг зашептала:

— Прости Кеша, наш внук действительно жив, хоть я его и еле чувствую, но, думаю, сейчас, он уже не в нашем мире.