Эркюль Пуаро

Человек, сидевший напротив, спросил:

– А вы что, не собираетесь брать свой выигрыш?

– Мой?

– Да.

– Но ведь я поставила на шесть.

– Нет, это я ставил на шесть, а вы – на пять.

Он очаровательно улыбнулся. Белые зубы на загорелом лице, голубые глаза, короткие жесткие волосы.

Почти не веря своим глазам, Джейн взяла выигрыш. Но правильно ли это? Она чувствовала себя немного в растерянности. Возможно, она и впрямь поставила свою фишку на цифру пять? Она в недоумении взглянула на незнакомца, он весело улыбнулся ей в ответ.

– Да вы не сомневайтесь, – сказал он. – Деньги принадлежат вам, а если бы вы их не взяли, их прикарманил бы кто-нибудь другой, кто вовсе не имеет на них права. Знаю я эти штучки.

А затем, дружески кивнув ей головой, он ушел. Это тоже было очень мило с его стороны. Ведь в противном случае она могла бы подумать, что он нарочно подсунул ей этот выигрыш, чтобы завязать знакомство. Но, видимо, это был порядочный человек и такой милый... И вот он сидит как раз напротив нее в самолете.

Что ж, теперь уже все позади, деньги истрачены, два последних дня, скучных дня в Париже, прошли.

– Стоп, – приказала себе Джейн. – Нечего думать о будущем. От этого только нервничаешь.

Две дамы прекратили болтать.

Джейн взглянула вдоль прохода. Дама с лицом из дрезденского фарфора вдруг капризно вскрикнула и стала рассматривать свой сломанный ноготь. Потом нажала на кнопку звонка и сказала подошедшему к ней стюарду в белой куртке:

– Пришлите ко мне мою горничную.

– Хорошо, мадам.

Стюард удалился. Вошла черноволосая, одетая во все черное француженка, неся небольшую шкатулку для драгоценностей.

Леди Хорбери сказала ей по-французски:

– Мадлен, мне нужен красный сафьяновый ларец.

Служанка прошла вдоль по проходу между креслами в конец самолета, где были сложены вещи пассажиров, и вскоре возвратилась с небольшим красным несессером.

Сесилия Хорбери взяла его и отпустила девушку.

– Ступайте, Мадлен, несессер останется здесь.

Служанка ушла. Леди Хорбери открыла коробку и достала ножницы. Потом долго и пристально рассматривала свое лицо в маленькое зеркальце, припудрила нос и подкрасила губы.

На лице Джейн появилась презрительная усмешка. Ее взгляд скользнул дальше по салону самолета.

Позади этих двух дам сидел небольшого роста иностранец, уступивший место этой великосветской особе. На нем был совершенно ненужный здесь шарф. Видимо, пригревшись, пассажир быстро задремал.