Эркюль Пуаро

Странно, правда? Что ей там понадобилось? Что-то искала? И вообще, чего она там вынюхивала? Что ей нужно?

Он снова наклонился к Эгг и таинственно прошептал:

– А может, Синтия правду говорит, как вы думаете?

– А что она говорит?

– Говорит, мне померещилось. Говорит, у меня галлюцинации. – Он виновато улыбнулся. – Со мной и правда такое случается. Розовые мыши... змеи и все такое прочее. Но женщины мне еще никогда не мерещились... Нет, я в самом деле ее видел. Очень подозрительная личность. И глаза у нее такие паршивые.

Капитан Дейкерс откинулся на мягком диване. Казалось, он вот-вот заснет.

Эгг поднялась.

– Ну, мне пора. Очень вам благодарна, капитан Дейкерс.

– Не благодарите... Очарован... Совершенно очарован... – бубнил он.

Голос его упал до шепота, потом послышалось какое-то неясное бормотание.

«Лучше уйти, не то еще очнется и увяжется за мной», – подумала Эгг.

Она вышла из прокуренного зала в вечернюю прохладу улицы.

Беатрис, горничная, говорила, что мисс Уиллс за всеми подглядывала и подслушивала.

Что кроется за сбивчивым рассказом капитана Дейкерса? Может быть, он тайно ненавидел и боялся сэра Бартоломью?

Что ж, вполне вероятно.

Но в деле Баббингтона он явно не замешан. В его болтовне на это и намека нет.

«А что, если Баббингтон вовсе и не был отравлен?» – размышляла Эгг.

И вдруг у нее перехватило дыхание. «ЭКСГУМАЦИЯ В КОРНУОЛЛЕ – РЕЗУЛЬТАТ», – прочла она крупно набранный заголовок.

Эгг торопливо протянула пенни и схватила газету. Она хотела было отойти от прилавка, но столкнулась с какой-то женщиной, которая тоже уткнулась в газету. Эгг подняла глаза, извинилась и в тот же миг узнала в незнакомке секретаря сэра Чарльза – безупречную мисс Милрей.

Стоя рядом, обе бросились искать экстренное сообщение. Ага, вот оно.

«РЕЗУЛЬТАТ ЭКСГУМАЦИИ В КОРНУОЛЛЕ».

Буквы плясали у Эгг перед глазами.

– Значит, его тоже отравили, – сказала она.

– Ох, дорогая! – воскликнула мисс Милрей. – Все это ужасно! Просто ужасно!

Всегдашнее самообладание на этот раз, похоже, ей изменило. Эгг смотрела на нее с удивлением. Она привыкла считать, что мисс Милрей чужды обычные человеческие чувства.

– Я потрясена. Понимаете, я ведь знала его с детства.

– Кого? Мистера Баббингтона? – изумленно спросила Эгг.

– Да.