Ермак

 – Если что, в расщелины скалы или каменной стены можно лезвия ножей забивать и по ним подниматься. Ничего ножам не будет.

«Надо с этим дядькой обязательно познакомиться», – подумал я и, не найдя подходящей вещи в кабинете, в которую бы без порчи имущества можно было метнуть нож, с сожалением вернул его в чехол.

– Ну, браты, удружили. Шикарный подарок, – скрывая выступившие на глазах слёзы, я обнял сначала Ромку, а потом остальных казаков.

– А вы когда ножи-то заказали? Изготовить их дело не быстрое, – спросил я после обнимашек.

– Ещё три месяца назад, Ермак, – вступил в разговор Тур. – Дан тогда новость одну узнал, вот мы и решили тебе сделать подарок.

– И что за новость, Дан? – обратился я к своему секретарю.

– Извини, Ермак, не скажу, но подозреваю, что сегодня ты об этом на торжестве узнаешь. Пусть будет сюрпризом, – Данилов извиняюще развёл руками. – Мы для другого торжества ножи заказывали, но сегодня они, чувствую, совпадут.

– Заинтриговали, браты. Ну да ладно. Пытать вас не буду. Сегодня никак, завтра вы на дежурстве, а вот послезавтра прошу всех ко мне домой вечером на праздничный ужин.

Молодые казаки одобрительно зашумели и, пожимая мне руку, хлопая по плечу, по очереди покинули кабинет.

«Фух, первый поток, если не считать Дарью и самых близких мне людей, меня поздравил. Доклад на сегодня цесаревич отменил, поэтому пару часов на работу с бумагами на завтра, в банк за деньгами и к Модесту Илларионовичу, – я, задумавшись, присел за стол. – Надо, чтобы до пятнадцати ноль-ноль всё было готово к встрече гостей.

В четырнадцать тридцать в парадном мундире со всеми наградами при Анненской шашке я стоял в первой большой гостиной Военного собрания города Хабаровска, где были накрыты столы.