Ермак

Варнаки ушли около часа назад. Двигаются по дороге, которая их выведет на тракт вдоль Иркута. По этому тракту в основном бурятские улусы Нурай, Хабарнуты, Тутхул, Хэлтэгэй, Улан-Горхон, а дальше дацан «Дэчен Даржалинг» на реке Кырен. Ну а после дацана еще верст шестьдесят, и граница с империей Цин, куда тракт уходит и заканчивается у озера Хубсугул. Там в основном идет обмен и торговля с китайскими и монгольскими купцами.

– Ваше благородие, а другая дорога есть, по которой можно обогнать бандитов? – задал я вопрос, понимая, что нарушаю правила субординации.

Никитин от моего вопроса как будто споткнулся и завис. Через десять секунд он обернулся и, найдя глазами надзирателя, попросил:

– Голубчик, найдите мне Бургеда, – после чего пояснил сотнику: – Это наш местный лучший охотник. Он все местные тропки знает.

После этого начальник острога продолжил повествование, из которого выходило, что он просто не имел возможности оказать сопротивление бунтовщикам и сделал всё возможное, чтобы кровь не пролилась.

Я смотрел на сотника Головачева и мысленно сочувствовал ему. Тяжело принимать решение, выбирая или-или.

– Бургед, а Иркут мы перейдём раньше, чем там смогут пройти беглые? – спросил охотника сотник.

– Раньше, ваше благородие. Если они с дороги свернут, чтобы по Иркуту идти, то на месте, где мы его переходить будем, появятся самое раннее через два часа, а мы, если сейчас выйдем, то через полчаса доберемся.

– Тогда поступим следующим образом, – сотник нашел глазами старшего из приставшего к нам обоза «мстителей», Акима Жилкина. – Аким, распрягайте сани и верхами следуете за нами, как перейдём Иркут, хоронитесь на берегу и ждёте пару часов. Если варнаки по реке не пойдут за это время, возвращаетесь. Если пойдут, то обстреляйте их издалека и по нашим следам идите за нами, чтобы сообщить.