Эркюль Пуаро

Я шла по нашей палубе, когда в одной каюте открылась дверь и выглянула эта самая девушка – Луиза Бурже, вы говорите, ее звали? Видимо, она кого-то ждала. Увидев меня, она скроила разочарованную гримасу и быстро захлопнула дверь. Но я тогда об этом не задумалась. Я пришла в назначенное место, взяла... что принес тот человек, расплатилась, обменялась с ним парой слов. И пошла к себе. На нашей палубе я выхожу с кормы и вижу, как в дверь этой горничной стучит и входит...

– Кто? – сказал Рейс.

БАХ!

Грохот выстрела наполнил каюту.

На минуту все оторопели. Потом оба дееспособных мужчины вскочили на ноги. Тело загораживало им проход. Рейс склонился над ним, а Пуаро, как кошка, прыгнул к двери и выбежал на палубу.

Никого. На полу, у порожка, лежал большой кольт.

Пуаро глянул в обе стороны. Никого! Он побежал к корме. Он уже сворачивал, когда, спеша с того борта, на него налетел Тим Аллертон.

"– Что, к черту, случилось? – выдохнул Тим.

– Вам никто не встретился? – резко выкрикнул Пуаро.

– Мне? Никто.

– Тогда идемте со мной. – Он взял молодого человека под руку и зашагал обратно. Там уже собрались люди. Из своих кают прибежали Розали, Жаклин и Корнелия. Со сторон салона шли Фергюсон, Джим Фанторп и миссис Аллертон.

Над кольтом стоял Рейс. Повернувшись к Тиму Аллертону, Пуаро резко спросил:

– У вас есть перчатки?

Тот порылся в карманах:

– Есть.

Пуаро выхватил их, надел и нагнулся к кольту. Рядом опустился на корточки Рейс. Публика затаила дыхание.

– В ту сторону он не уходил, – сказал Рейс. – Фанторп и Фергюсон сидели в гостиной – они бы видели.

– А мистер Аллертон встретил бы его, если бы он побежал на корму, – ответил Пуаро.

Указывая на кольт, Рейс сказал:

– Занятно, что совсем недавно мы его видели. Впрочем, это надо проверить.

Он постучал в каюту Пеннингтона. Оттуда не ответили.

– Ясно, – сказал Рейс. – Где же сам Пеннингтон?

Снова они вышли на палубу. Увидев в группе толпившихся миссис Аллертон, Пуаро сразу направился к ней.

– Мадам, заберите к себе мисс Оттерборн, приглядите за ней. Ее мать, – он взглядом спросил Рейса, тот кивнул, – убили.

К ним спешно шел доктор Бесснер.

– Gott im Himmel! Что тут теперь?

Его пропустили. Рейс показал на дверь. Бесснер вошел.