Тринадцатый VI (СИ)

Остановился у палаты с металлической дверью, в которой виднелось крошечное окошко. Он достал из кармана связку ключей и открыл."

"Распахнул перед нами дверь, приглашая войти. Но я подметил на его физиономии лёгкую, злобную ухмылку. Уверен, что камера сделана специально для магов. Поэтому Неля сама и не выбралась.

— Идите первый! — приказал я, смотря прямо в глаза главврачу.

Он не выдержал… Обернулся и прошёл в палату. На этот раз молча.

— Серёг, постой на стрёме, — попросил я друга, и он кивнул.

Если вдруг дверь захлопнется, у меня останется козырь, чтобы выбраться отсюда.

В одиночной палате сплошных белых стен стояла одна кровать. Старая, пружинная. Рядом с ней — тумбочка. И больше здесь ничего не было.

Неля лежала на кровати с закрытыми глазами. Бледная. Я не узнавал в этой девушке ту, кто улыбалась мне каждое утро.

— Что с ней? — спросил я, хотя самому захотелось сделать с этим боровом то же самое.

Заставить его страдать, также как страдает Неля.

— Это называется усмирение потенциала. Мы часто оказываем такую услугу для аристократов, — неохотно ответил главврач.

— Подробнее! — потребовал я.

— Стены этой камер… — он осёкся, закашлял и продолжил, — то есть палаты оборудованы так, чтобы опустошать источник сильного мага. Процедуры хватает ровно на год. Если нет более кардинальных целей.

— Но зачем? — я нахмурился.

Не понимал, зачем родители Нели уменьшают её магический потенциал. Это же ни к чему хорошему не приведёт…

— Для кардинального изменения психики. Это лучший способ свести наследника или наследницу с ума.

Вот же чёрт! А Неля ещё хорошо держалась, раз с ней проделывали нечто подобное каждый год.

— Объясните конкретные причины родителей Нели. Или тех, кто её сюда отправил, — настоял я.

— Это её мать. Она лично привозит девушку сюда каждый год. Но в этот раз запрос был особенный.

— Чтобы она не вышла отсюда?

— Именно. Ещё два дня, и психику вашей подруги невозможно будет восстановить.

У меня невольно сжались кулаки. Я не понимал, как можно так поступать с членом своей семьи, который не сделал ничего плохого.

— Зачем это её матери? Это последний вопрос. И я жду чёткого ответа, — строго спросил я.

— Вы наверняка не знаете особенностей родовой магии. Если бы волю вашей подруги удалось сломить окончательно, то и жизненную силу будет просто забрать, обосновав это обычным воспалением шизофрении. А это — молодость. Ваша подруга бы увяла за несколько лет, давая своей матери прожить все пятьдесят.