Элементально

Я не рискнула его коснуться, но так пристально всматривалась в его глаза без единого проблеска разума, что сразу же поняла, для чего он подался ко мне. Отступила. Сейчас он вряд ли себя контролировал и не сумеет остановиться после первого поцелуя. К остальному я не готова.

Но отступление оказалось ошибкой.

По его лицу скользнула хищная усмешка, и Герман сделал шаг ко мне. Словно опытный охотник, загоняющий добычу, он двинулся вперед. Мой шаг назад, его — вперед. Нервный и заранее проигрышный танец.

— Тронешь меня, и ни на какой бал мы не пойдем, — процедила тихо.

— Плевать. — Его речь больше напоминала глухое рычание, но я сумела разобрать слова. — Моя добыча. Моя женщина!

— Ошибаешься. — Я все пыталась остановить его словами, понимая, что если перейдем к полноценному столкновению, победителей не будет.

— Моя! — взревел так, будто был в драконьей ипостаси, и начал меняться. Сжал мои плечи, кажется, до синяков, склонился, не обращая ни малейшего внимания на мои ладони, упиравшиеся ему в грудь, дыхнул в лицо драконьим жаром, вызывая скорее отвращение, чем страх от той промежуточной ипостаси, что сейчас меняла его тело…"

"И взвыл.

Сначала не поняла, в чем дело, но Герман, оттолкнувший меня в сторону, закружил по комнате, пытаясь руками добраться до своей спины. Как он ругался! Как кричал!

Я же, вжавшись в стену, круглыми от ужаса глазами наблюдала, как милая и ласковая Пельмешка без особых усилий раздирала в клочья не только одежду, но и спину графа. Ее воинственный клич по сравнению с воплями Германа казался мышиным писком, но сам поступок…

— Пельмешка, нет! Хватит! Достаточно! — В стороны летели уже не только лоскуты одежды, но и кровавые брызги.

Мой вопль совпал с рыком дракона, но случилось чудо: алая крошка соскочила со спины жертвы и, довольная победой, поковыляла по полу ко мне. Лапы в крови, морда в крови. Но такая довольная, как если бы только что единолично спасла меня от вражеской армии.