Элемента.T

И хотя Ева твёрдо сказала, что имя ей будет давать мать, Арсений с Альбертом Борисовичем то и дело упражнялись, придумывая имена, которых и в природе то не было. Хотя, сегодня в утра вот вспоминали Америку.

— Назовём её Небраска, — предложил Арсений.

— А может Алабама? — спросил его отец. — Ева?

Еве отводилась роль переводчика. Положив руки на живот, она должна была определять, нравится это имя малышке или нет.

— Не Алабама, — ответила Ева, делая вид, что прислушивается.

— Может Дакота? — Арсений со своими энциклопедическими знаниями всегда побеждал количеством предложений даже без Лулу.

— Южная или северная? — спросил его отец.

— Джорджия? Ева? — Арсений смотрел умоляюще.

— Нет, она не согласна, — ответила Ева.

— Каролина?

— Тоже нет!

— Когда вы уже прекратите, — возмутилась Изабелла. — Имя ей нужно давать согласно правилам.

Она открыла свой потрёпанный буклетик, который ей выдали ещё когда она хотела пойти в монашки.

— Какое тебе поставили число? Двадцать шестое мая? Смотрим.

— Разве Эванс женское имя? — удивился Альберт Борисович.

— Не знаю, — пожала плечами Изабелла. — Здесь так написано.

— Если на «Э», давайте назовём её Энджи, — предложил Альберт Борисович.

— Может просто Анжела или Ангелина? Все они означают Ангел, — ответил Арсений.

— Нет! — очень эмоционально возразила Изабелла.

— Зачем нужен этот твой талмуд, если она всё равно будет неучтённым алисангом? — возмутился Арсений.

— А вдруг к ней прилетит настоящий Ангел? Тогда ей понадобиться правильное имя. И она будет настоящим алисангом, а не незаконным. И она пойдёт в настоящую школу и у неё будет настоящий Бал Выпускников.

— Да, настоящее детство, настоящие друзья алисанги, — поддержала её Ева.

— И она будет счастливой девочкой, которая вырастет в счастливом мире со счастливым будущим, — ответила Изабелла, и трудно было ей возразить.

Все они так надеялись на это, и понимали, что именно от них зависит каким, оставят они этот мир маленькой девочке, которой они так самозабвенно придумывали имя.

Ева снова расчувствовалась, вспоминая, и попыталась набрать Дэна. Он был недоступен. В последнее время он был недоступен почти всегда.

«Знаешь, а ведь ты сама виновата, что всё стало так плохо, — заявила ей Роза на днях. — Ну, не в том смысле, что вот прямо ты. Я имею в виду Еву, которую ты написала.