Эксклюзивный грех

А версия у меня одна. Наши матери, твоя и моя, а также главврач Аркадий Михайлович стали свидетелями какой-то ужасной тайны. Какой? Не знаю. Например, где закопана Янтарная комната. Или “Либерия” Ивана Четвертого. Или, напротив: они дознались, что нашему президенту был когда-то поставлен диагноз “шизофрения”. Или каким-то чудом узнали, отчего умер Собчак. Или – кто убил Старовойтову. Или Александра Меня. Или Листьева…

– Это – понятно, – перебила Надя. – А ты? Почему охотились за тобой?"

"– А может, – пожал плечами Дима, – я тоже что-то знаю? Знаю – да сам не знаю, что я – знаю?.

– Почти, – проговорила она, прикладывая все усилия, чтобы опять не покраснеть. На этот раз, кажется, удалось.

– Давай тогда пить чай, – сказал он, – а то он совсем остыл.

Чай он, однако, пить не стал, а налил себе очередную рюмку коньяку и с видимым удовольствием ее опрокинул.

– И как же ты думаешь искать истину? – спросила, прищурясь, Надя.

– Как? Для начала я допрошу тебя.

– Да?! Ну нет – это я для начала допрошу тебя!

– Н-да? – Дима удивился ее неожиданному напору, однако скрестил на груди руки и поощрил ее:

– Ну-ну, валяй.

– Где мы в Питере будем жить? – требовательно спросила Надя. – И на что жить? И что там делать?

– На что жить – это ты не волнуйся. – Дмитрий вытащил из заднего кармана джинсов бумажник, достал из него кредитную карточку. – Вот это видела? – с мальчишеским хвастовством помахал кредиткой.

– У меня?

– Точней, не спросить, а посоветоваться… Вот скажи, моя боевая подруга, что связывало бывшего главврача Аркадия Михайловича Ставинкова и твою мать?

Надя слегка покраснела.

– Н-ничего.

– А точнее? – строго спросил Дима.

– Н-ну, я знаю, что они когда-то работали вместе…

– Твоя мама была влюблена в него?

– Нет! Нет.

– ..и как мужчину, – подсказал Дима.

– Какая чушь!.. – фыркнула Надя. – Сразу – “как мужчину”! Будто других отношений в жизни не бывает!..

– А что – бывают?.. – делано изумился Дима. – Ладно, тогда другой вопрос: а когда твоя мама с этим Аркадием Михалычем виделась в последний раз? Или по телефону разговаривала?

– Они не перезванивались. Это я точно знаю. Иначе мама бы мне сказала.