Эксклюзивный грех

Тихонько поехал по Автозаводской улице. Он даже не смотрел назад. Он почему-то был уверен, что ничего страшного за его спиной не произошло.

Дима подрулил к метро “Автозаводская”. Вышел из машины. Ему казалось, что он совершенно спокоен. Однако руки его тряслись так, что он с трудом попал ключом в замок на дверце.

Дима с третьей попытки запер-таки машину и быстро пошел ко входу на станцию “Автозаводская”. В портмоне нашел недоиспользованную карточку на метро. Шагая, словно в полусне, миновал турникеты.

Кажется, вот теперь – все кончилось. Оторвался. Или – еще нет? Все-таки – нет?

Дима посмотрел на часы. Они показывали двенадцать часов пятьдесят девять минут. Всего лишь – без одной час. Остановились, что ли?

Неужели он сел в лифт в своем подъезде всего двадцать девять минут назад?

* * *Станция “Автозаводская” неглубокая. Едва Дима ступил на лестницу, как услышал громыханье приближавшегося состава. “Нужно успеть!” – требовал мозг. А тело не слушалось. Скрежет тормозов. Поезд встал.

""Точно. На здоровье. А то и – на жизнь”, – подумал Дима, падая на сиденье. Ноги его едва держали. Он жив, жив! Он оторвался! Уж в этом-то поезде их точно нет.

Состав несся в сторону “Павелецкой”, и колеса мирно стучали, и в сердце пульсировала дерзкая, яростная радость: “Ушел. Убежал! От профессионалов – ушел!""

В том, что его преследовали профессионалы, Дима не сомневался. Он еще успеет подумать, кто они, и зачем они, и почему… А сейчас – он просто счастлив, и его переполняет гордость и нескромные мысли: “Ай да я, ай да Шумахер!""

Дима поднял голову и улыбнулся своим мыслям.

""Отлично. Раз на девок реагирую – значит, я в порядке, – порадовался за себя Дима. – Но извини, подруга. Не до тебя”.

На “Павелецкой” он вышел.