Его подлинная страсть

Очевидно, Прасси понял, что именно имеет в виду этот эксперт, и разразился длинным итальянским ругательством.

– Он не посмеет, – убежденно произнес Прасси, – иначе мы вырежем всю его семью: мать, сестру, племянников.

– Он уже их дал, – сообщил Дронго, – не-ужели вы считаете, что, помогая мне захватить вас, он не сделал свой выбор? Сальваторе Мелони больше не существует. Вместо него появится другой человек. Он сам и вся его семья пройдут по программе защиты свидетелей. У вас нет ни единого шанса остаться на свободе, сеньор Прасси.

Его собеседник замолчал. Он не хотел больше спорить. До назначенного времени оставалось около десяти минут, когда позвонил Мэтьюз.

– У них все в порядке, – сообщил он, – на место выехал сам заместитель директора ФБР. Это мой бывший ученик. Они ждут твоей команды.

– Спасибо, – поблагодарил Дронго.

Машина подъехала к зданию «Пилигрима». Около него толпилось человек десять вооруженных людей. Впереди всех стоял сеньор Собреро. Лоусон остановил машину, выключил фары.

– Как только сеньор Прасси будет рядом с нами, открывайте огонь из автоматов по этим ублюдкам, – приказал Собреро, обращаясь к своим людям, стоявшим у него за спиной, – можете стрелять прямо по машине.

Дронго вылез из автомобиля вместе с Альфредо Прасси, приставив пистолет к его спине.

– Я привез вам вашего босса! – крикнул он.

– Отпускайте его, – крикнул Собреро, – мы выполнили ваши условия. Женщина уже в отеле.

– Я тоже выполнил ваши условия, – прокричал в ответ Дронго, – он рядом со мной, живой и здоровый.

– Отпускайте! – нетерпеливо закричал Собреро.

– Только один момент, – пояснил Дронго, – я ведь не американец. Я пообещал отпустить вашего босса и привез его сюда, чтобы сделать так, как я обещал.

Он посмотрел на своего пленника.

– Сеньор Прасси, вы свободны. Можете уходить. Хочу вам сказать на прощание, что в отличие от вас я не так люблю деньги, женщин, дорогую одежду, машины, власть, породистых собак и пентхаусы. Хотя не вижу в этом ничего плохого. Мне всегда больше нравились книги и путешествия, хотя к красивым женщинам я тоже неравнодушен.

– Ты еще и дурак, – сказал с сожалением Прасси, – как только я дойду до них, ты будешь мертв. Тебе не разрешат отсюда уехать живым.

– Не сомневаюсь в вашем благородстве, – усмехнулся Дронго, – идите и до свидания.