Его подлинная страсть

Тогда они не станут беспокоить твою мать и семью твоей сестры. Теперь понял?

– Про программу мы не договаривались, – удивился Сальваторе.

– И про вторую овчарку мы тоже не договаривались, – напомнил Дронго, – у тебя в руках было оружие, и ты мог повернуть его немного в сторону, на несколько сантиметров. И тогда разрядил бы всю обойму не во вторую овчарку, а в меня. Но ты этого не сделал. Я думаю, что теперь более правильно не уничтожать твои показания, чтобы ты прошел по этой программе. Вместе со своей семьей. А мальчиков будут лечить и выдавать им бесплатные лекарства.

Еще раз позвонил Собреро. Он явно нервничал.

– Чтоб ты горел в аду, – пожелал он по-итальянски своему собеседнику.

– Нет, – возразил Дронго тоже на итальянском, – гореть в аду должен ты, а я могу попасть только в чистилище.

– Ты итальянец? – разозлился еще больше Собреро.

– Я просто выучил ваш красивый язык. Жаль, что среди вашего прекрасного народа встречаются такие подонки, как твоя компания.

– Послушай, умник, – пробормотал сквозь зубы Собреро, – мы приняли твое предложение. Женщину сейчас привезут в отель. Скажи, когда ты отпустишь сеньора Прасси.

– Я назвал вам время, – любезно ответил Дронго и снова отключил связь.

Затем обратился к Лоусону:

– У вас есть мобильный телефон Мэтьюза?

– Конечно. – Лоусон продиктовал ему номер телефона.

Дронго набрал номер и долго ждал, пока ему ответят. Наконец услышал голос бывшего директора ЦРУ.

– Мы закончили расследование на этом этапе, – сообщил он, – вы были абсолютно правы. Это было не самоубийство. Все подстроено. Брокера заставили написать записку, тело в морге подменили, чтобы Рутенберг выдал заключение о болезни погибшего. Его секретаря подкупили, а затем убили. Все эти преступления совершила мафия. А конкретно – клан сеньора Альфредо Прасси, известного под кличкой Счастливчик.

– У вас есть доказательства? – быстро спросил Мэтьюз.

– У меня есть свидетель, который готов дать показания, – пояснил Дронго.

– Прекрасно. А как с заказчиками?

– Будем искать. Это уже следующий этап. Но у меня к вам просьба.

– Какая?

Дронго коротко изложил свой план.

– Попробую, – согласился Мэтьюз, – значит «Пилигрим», вы в этом уверены?

– Мы будем там ровно через полтора часа, – сообщил эксперт.

– Я постараюсь успеть. А ваш свидетель не сбежит за это время?

– Нет, – ответил Дронго, покосившись на своего спутника, – не сбежит.