Его одержимость

И до того зловеще звучат его слова, что я не сомневаюсь: лучше мне, и правда, этого не знать.

– От тебя пахнет женскими духами, – бью ладошкой его по груди, он же перехватывает ее и снова целует.

– Я был в ювелирном, – пожимает плечами. – Думаю, продавщица слишком надушилась. Выбрось ерунду из своей симпатичной головки, а лучше раздвинь ножки, милая. Я соскучился по твоему райскому местечку.

И опрокидывает меня на постель. Я смеюсь, когда его щетина касается моей чувствительной кожи, а затем охаю, когда он единым слитным движением заполняет меня собой.

И впервые за всю жизнь у меня ощущение, что я дома. А мой дом там, где Артур.

Глава 21

– А может, не надо? – смотрю на Артура с надеждой.

Он в этот момент берет меня за талию и подталкивает к крыльцу чужого дома.

– Привыкай светиться в обществе, – с легкой полуулыбкой окидывает мое лицо, затем целует в губы, словно никак не может насытиться мной.

– Но это же… Там… – намекаю, что мы приехали в гости к Шамилю Галаеву и… моей сестре Эльвире, перед которой я ужасно виновата.

– Ты – жена Артура Авдеева, – вдруг жестко говорит муж, глядя мне серьезно в глаза. – Это все, о чем тебе стоит беспокоиться, звереныш.

– Артур, – слегка бью ладошкой по его торсу, – не называй меня так на людях, это неприлично.

– Кто-то заговорил о приличиях? – улыбается он, а затем тянет к входной двери.

Народу в доме криминального авторитета собралось немного, человек двадцать-тридцать, но в целом достаточно, чтобы не пересекаться с Эльвирой, хотя я нет-нет, но краем глаза вижу, что она сидит в обществе двух девушек и двух мужчин, видимо, мужей этих дамочек.

К счастью, Артур не оставляет меня одну ни на минуту, так что предаваться унынию у меня не получается. Единственное, что утешает, так это то, что, возможно, мое желание нажиться на беременности сестры и выцаганить у ее оплодотворителя денег сослужило ей хорошую службу. Вон как она светится от счастья. А боялась, что Шамиль отберет ребенка.

– Она родила двойню, – шепчет мне на ухо Артур, словно читая мои мысли.

Что ж, получается, я дважды тетя, понимаю это с грустью, ведь мне места в их жизни нет. Предательство прощать нельзя, верность – это одно из самых главных вещей в жизни. Без Артура я бы этого, может, и не поняла бы, но теперь… Спустя время…

– Мне бы в уборную, – говорю мужу спустя время.