Его одержимость

Оттачивала это мастерство долго и упорно, так что в результате сомневаться не приходится.

– Вера, – опережаю открывшего рот Артура и первой представляюсь, протягиваю руку."

"Ох, как жаль, что не знаю в этот момент, насколько это чревато для меня негативными последствиями.

– Владимир, – тут же целует тыльную часть руки, заставляя меня зардеться.

– Лариса! – окликает хозяин дома горничную. – Пусть принесут еще один стул для нашего гостя.

А я в этот момент впервые задумываюсь, кем все же работает в этом доме женщина.

– Твоя? – вдруг кивает на меня этот гость Артуру, отвлекая от размышлений.

Тот лишь загадочно ухмыляется, я перевожу на него взгляд и успеваю заметить еле заметный кивок.

– И что же такой юный цветок, как вы, нашел в моем друге? Без обид, Артур, но ты уже бывалый волчара, а сия мадам, – ласкает меня глазами, обрисовывая в уме, казалось, все мои выпуклости, – такая молоденькая… Хорошенькая…

– Мне девятнадцать, – намекаю, что мне уже не восемнадцать, перебивая поток его комплиментов, обращенных в мой адрес.

– Совсем молоденькая, друг мой, – качает головой мужчина, на вид ему лет тридцать пять.

Видно, что моложе Артура, вот только не исходит от него той животной сексуальной энергетики, как от моего пленителя. А жаль…

– Кровь с молоком, – ухмыляется Артур и кладет свою лапищу на мое бедро в собственническом жесте.

Дальше они говорят о делах, а я не отсвечиваю, наслаждаюсь произведенным эффектом на этого парня. Стреляю периодически в него глазками, а его ответные взгляды полны восхищения, так что я снова расправляю свои крылья уверенности в собственной красоте.

– Что ж, у меня еще дела в городе, так что увидимся, – встает он вдруг, разочаровывая меня уходом.

– Так скоро уходите. Как жаль, – опускаю глазки долу, но вдруг рука Артура сжимается чуть крепче, так что я осекаюсь.

– Надеюсь, скоро снова вас посещу, – снова целует мне руку напоследок и уходит.

А мы с Артуром остаемся наедине.

– Запомни, девочка. Правило шестое – хранить мне верность, – говорит ровно, без намека на гнев, вот только в воздухе витает опасное напряжение.

Казалось, зажги я спичку, и все здесь взорвется, настолько его мышцы напряжены. Ох, чувствую, как хожу по краю своими выходками.

– Дай угадаю, по твоим меркам я уже его нарушила, не так ли? – вырывается у меня язвительный комментарий.

Никак не могу сдержаться в этот момент, впиваюсь ногтями в собственное бедро, скриплю молча зубами. Ненавижу быть рабыней ситуации.