Странник

Мечи, кинжалы, копья — все как под копирку.

Из строя бойцов барона стали доноситься шуточки, оскорбительные реплики, дело шло к драке.

— Хуман, ты на какой помойке панцирь нашел? — раздался вопрос из толпы.

— А лук у него хороший. Где украл? — раздался другой голос.

А ведь это идея. Нужно найти цель поубедительнее и с помощью Силы грохнуть ее из лука. Я осмотрелся по сторонам, но ничего подходящего не заметил.

— Что вертишься, ищешь, куда удрать? — снова раздался вопрос из толпы, и раздался хохот.

Злоба внутри меня закипела, как вулкан.

«Вот она — цель!» — увидел я решение проблемы.

Сердце рухнуло куда-то вниз, и время замедлилось. Я перешел на внутреннее зрение и достал из саадака лук. Мой взгляд рванулся вперед вместе со стрелой.

«Мама дорогая, это не птичка, а целый самолет», — ахнул я про себя, когда посыл достиг цели.

Стрела попала птице в горло у основания шеи и застряла, пробив ее насквозь.

— Ни хрена себе, он харуха завалил, — раздался в тишине одинокий голос.

— Ну кто еще хочет комиссарского тела? — задал я вопрос в толпу.

Слово «комиссарского» я произнес по-русски, чем нагнал еще больше страха на окружающих. Тем временем к нам подскакал барон с телохранителями.

— Что здесь происходит? — грозным голосом спросил он.

— Ничего особенного, Ингар харуха завалил, — ответил Торвин скучающим голосом, как будто для меня охота на харухов была таким же обыденным занятием, как ковыряние в зубах после обеда.

— Ингар, это правда? — обратился ко мне барон с вытаращенными глазами.

Я решил поддержать Торвина и, осмотревшись по сторонам, выдал:

— Кто-то еще стрелял?

Ответом было молчание.

— Ну, тогда я завалил.

Толпа дружно заржала. Смех был уже не ехидный, а доброжелательный, как будто пошутил кто-то из хороших друзей.

— Даю за харуха золотой империал, — обратился ко мне барон.

Я вопросительно покосился на Торвина.

— Требуй три золотых, в Меране за шкуру пять золотых дают, — шепнул мне на ухо Торвин.