Его одержимость

Потому что если он просто выкинет меня отсюда и забудет мое имя, а сам продолжит жить, как жил, я не смогу спать спокойно.

Я даже замуж теперь не смогу выйти. Никто не возьмет.

В голову приходит непрошеная мысль, что большинство похищенных Рейесом девушек уже были замужем. И очень мало кто развелся.

Я не хочу верить в то, что деньги затыкают рты. Я знаю, что это так, но не желаю жить в таком мире.

Мыться я не решаюсь. Новые гели и шампунь пахнут кокосом и ванилью. Совсем не похоже на яблоко. Ругаться с Рейесом пока сил никаких нет.

Да и мне наконец-то незачем мыться.

Меня еще немного потряхивает. Я не верю, что Рейес взял и так просто ушел.

Не тронул меня. Не заставил ублажать его гадким способом.

На столе стоят оставленные им коробки с бельем. Я решаюсь по очереди открыть их и примерить наряды.

Они, правда, красивые, удобные и очень приятные к телу.

А еще я опасаюсь, что Рейес взбесится, если поймет, что я не приняла подарки.

Один светло-розовый лифчик мне особенно нравится. Сверху я надену подходящее розовое платье.

Трусики не буду. Мне натрет, а Рейес не ясно, что задумал. Я уже убедилась, что одежда его никак не останавливает.

Я привожу себя в порядок, а затем зову Луису с ужином.

Спать, как велел Рейес, не могу. Был бы в комнате хотя бы будильник, я бы завела его.

А так я невольно вспоминаю, как пьяный Рейес набросился на меня спящую и потащил в ледяной душ.

Это было ужасно. Я никогда не прощу его.

* * *Когда спустя какое-то время Рейес с хмурым видом появляется в комнате, я уже не знаю, чего ждать.

Я передумала все, что могла — и бесполезно.

А он предлагает развлечься с ним.

Кончить??? Может, было бы неплохо, если бы я умела. Но только если бы это сломало Рейеса.

Но так же не бывает.

Он зачем-то требует, чтоб я надела уличные туфли, и мое сердце начинает биться чаще.

А его следующее предложение вызывает у меня почти панику.

Куда Рейес хочет меня отвести? Неужели к своим людям? Но зачем тогда обувь и платье? Животным тем более все равно, как я выгляжу.

Хотя меня знобит, я пересиливаю отвращение и соглашаюсь «выйти» из комнаты у Рейеса на руках. В темноте, с мешком на голове, в полной его власти — намного хуже.

А если еще прихвостни увидят, что он меня носит, все сразу поверят в наши особо теплые отношения. Это полезно.

Руки у Рейеса очень крепкие, и я держусь за него, но расслабиться абсолютно не могу. Каждый его шаг приближает меня к чему-то жуткому.