Его одержимость

Еще не разработанная.

Вот и глаза горят. Мог бы сгореть — я уже был бы пеплом. Горячая, дьявольски жаркая сучка.

Я добавляю еще один палец. Она не хочет меня пускать. Сопротивляется.

Нет, ангелочек, тут мои правила. И я дико тебя хочу.

А потому перехватываю ее сведенные запястья и пропихиваю член между широко разведенных мной ног.

Туго, мать его. Ужасно туго. И я шиплю от наслаждения.

Если так кайфово в резинке, то без нее будет вообще охеренно.

И я вонзаюсь внутрь на всю длину, чувствуя, как ангелок сжимает меня еще крепче.

Запредельно, нереально кайфово.

Я смотрю в лазурные глаза я вижу… слезы. Что, куколка, не привыкла к таким здоровым? Вижу, тебя имели только мизинцами.

Сейчас мы это дело поправим. И я начинаю двигаться, наращивая темп и сгорая от дьявольского удовольствия. А она ни звука не издает. Ни писка. Ни вскрика.

Одни лишь долбаные слезы смешиваются с запахом яблок. И кровь на ее губах.

Губу себе до крови прикусила?

Хер зачем я слизываю эту каплю языком. Ангелок пытается увернуться, но я уже не играю и не даю ей сопротивляться.

Вхожу в нее мощными, сильными толчками, рыча от удовольствия.

Вот ее я взял точно не зря. С ней еще повторю. Поставлю на колени.

Погашу этот долбаный огонь в ее глазах. Научу называть меня «господином». Она будет сосать и причмокивать от удовольствия. Станет умолять взять ее. Этот запах яблока станет запахом моей личной бляди.

И я кончаю, вонзаясь в нее последним мощным толчком.

А когда вынимаю член, вижу, что резинка вся, мать его, в крови.

Это месячное у нее, или она девственницей была?

Глава 3. Противоречия. Анхелика

АНХЕЛИКА

Конечно, у меня еще не было мужчин. Когда они уже несколько лет провожают меня сальными взглядами, сложно получать удовольствие от их внимания.

И глупо. Замуж у нас принято выходить девственницей. Но с приданым.

Моя семья его копит, но чувствую, замуж мне придется выйти по расчету. Вернее, пришлось бы. Потому что никто из мужчин меня не привлекает.

И особенно потому что я приглянулась этому страшному человеку с внешностью и глубоким, обволакивающим голосом совершенства.

Мне не верится в то, что сейчас происходит — правда. Что я уже не на огороде под палящим солнцем, а пленница Диего Рейеса."

"Что этот жуткий человек тоже, как и большинство мужчин, хочет меня. И это недвусмысленно видно. Бугор под его брюками здоровенный и отчаянно пугает.

Но в отличие от любых других мужчин, Рейес меня возьмет.