Его десятый развод

— Дальше говори! Тебе позвонило номер, и?

— Голос сообщил мне, что ты и… она… живы, и что вы скрываетесь в этой глуши… Я сразу поехала к тебе… ведь я так люблю тебя, милый!

— Если бы любила, — хмыкает Костя, — то не выставляла бы меня полным идиотом, когда заставляла меня жениться и разводиться!

— Ты… в инвалидном кресле теперь?

— Да! Я — инвалид! — не моргнув глазом отвечает Костя. — Не смогу ходить!

Видно, как Амалия меняется в лице.

— Ну как, примешь обратно инвалида? — прищуривается Костя.

— Я… — мешкает Амалия, — я…

— И где же вся твоя неземная любовь? — интересуется Костя.

— Вот именно! — уязвленно орет Амалия. — Так тебе и надо! Сколько издевался надо мной, а я терпела! Теперь тебя парализовало, чему я очень рада! Что, пипирка тоже не работает⁈ Кому ты теперь нужен, слабак!!!

Я вижу, как Костя бледнеет. Я вижу, как он ломает подлокотники кресла сжав их железной хваткой от злости.

Я подхожу к нему, и просто обнимаю его. Целую. Шепчу ему:

— Мне… мне ты нужен! В любом виде! И здоровый, и больной! И в горе, и в радости…

Костя внезапно успокаивается. Обнимает меня в ответ.

— Вот и вся разница между любовью и потреблядством! — говорит Костя.

— Господин, разреши? — спрашивает Ибрагим, кивая на Амалию.

Костя кивает, Амалия взвизгивает, но Ибрагим не успевает ничего сделать.

Дом наполняется криками и выстрелами.

Амалия визжит, я продолжаю обнимать мужа.

— Ибрагим, за Валю головой отвечаешь! — приказывает Костя.

— Понял, господин! — мгновенно реагирует Ибрагим.

В руках у Ибрагима, как по волшебству оказывается перчатки. Он надевает их за доли секунды, и вот я уже в его руках. Все происходит молниеносно. Он буквально выводит меня из-под пуль, прикрывая собой.

Мне очень страшно за Костю. Я кричу.

— Не кричи, госпожа. — просит Ибрагим. — Господин справится. Он из разных передряг выскакивал. У него с ногой беда, если бы не это, он бы сам тебя защитил.

Ибрагим выводит меня на улицу, и мы с ним, пригнувшись, бежим в лес.

Глава 20

ВАЛЕНТИНА

За нами погоня.

Три выстрела.

Ибрагим стреляет почти не глядя, и не оборачиваясь. Я едва выглядываю за его широкую спину, и вижу, как три мужика падают в снег, заливая его кровью.

— Не смотри, госпожа! Девочкам на такое не следует смотреть.

Он подхватывает меня и уносит дальше, вглубь леса.

Еще один выстрел. Ибрагим бросается в сторону со мной, закрывая собой. Стреляет сам.