Единственный

Стол теперь был почти полностью свободен, на него я Аиду и усадил. Сперва усадил, а после кинжал ей в ладони вложил.

— Алихан, — повторила она моё имя, уже настороженно, заёрзав в попытке избавиться от столь компрометирующего положения. — Там же госпожа Эсен, она… — не договорила.

— Ты дверь заперла. Сама, — перебил я её.

— Но она вполне может прийти, — до побеления пальцев сжала рукоять кинжала, глядя на меня широко распахнутыми, растерянными глазами, — постучаться, и…

— Не придёт. И не постучится.

Зачем ей приходить? — улыбнулся я мягко, сконцентрировавшись на злосчастном кинжале.

Как она сама недавно сделала, развернул опасную игрушку остриём к себе, после чего подался ближе к девушке.

Вот мы и вернулись обратно к тому моменту.

Кинжал снова упирался мне в грудь.

— А затем, что документы для отгрузки нужно… — проворчала в очередной попытке отодвинуться Аида.

Перехватил за запястье.

— Не нужно, — удержал.

В моей рубашке появилась новая дырка.

— Это ещё почему? — нахмурилась.

Последнее — скорее следствие моих действий, нежели слов. Недаром недовольно скосилась на кинжал.

— Я всё купил. Сам. Можешь не торопиться с отгрузкой. У нас тут намечаются куда более не терпящие отлагательств дела.

Сопротивляться она всё-таки перестала.

— То есть как это ты сам всё купил? — уставилась на меня непонимающе. — Зачем? Почему купил? И что за дела такие, не терпящие отлагательств? — закончила уже нервно.

— В моих шахтах добывают золото. Не уголь. Если вдруг забыла.

Может быть легальных средств на счету холдинга для крупного приобретения временно и маловато, после другого крупного приобретения, но на других моих счетах — полно, — усмехнулся. — А остальное... — вернулся к основной части нашей беседы, другой своей ладонью накрывая ту, что удерживала рукоять. — От тебя зависит.

Аида рвано выдохнула и задержала дыхание, замерла.

— Если я буду злиться, потому что ревную, это равнозначно тому, что я тебе не доверяю, — не стал томить её долгим ожиданием.

— А я — доверяю. Не сомневаюсь. Не буду сомневаться и впредь. Что бы ни случилось. Потому что ты — моя жена. И нам обоим будет намного легче, если ты будешь стараться делать то же самое, — надавил на её ладонь ещё сильнее. — Я не знаю, что тебе сказала Берна. Или скажет в будущем. Как и все другие. Она — не первая. И не последняя. Включая мою мать. Если уж даже твой отец был против того, чтобы ты вышла за меня... — надавил на её ладонь сильнее.