Единственная женщина на свете

– И никто на чужой кусок пирога не зарится? – на всякий случай уточнила я.

– Ни о чем подобном не слышал. Хотя… я в свое время тоже благодушествовал, пока не появились в моей жизни два полковника ФСБ. Мужики в преддверии пенсии намеревались найти местечко потеплее, и им приглянулась моя фирма.

– И что?

– Ничего. Но это стоило нервов.

– Но у Берсеньева похожей ситуации не возникало?

– По крайней мере, ни о чем подобном не слышал, хотя интерес, как ты понимаешь, проявил.

– А о его личной жизни что говорят?

– С женщинами он чересчур мягок, бабы из него веревки вьют.

– И это все? – подождав немного и ничего не дождавшись, спросила я.

– А чего ты хочешь? – обиделся Славка. – Чтоб я узнал всю его подноготную?

– Было бы здорово, – вздохнула я.

Славка еще немного потомился в кресле, попытался завести разговор о моем душевном состоянии после похорон подруги, нарвался и, наконец, побрел в неизвестном направлении. Хотя это я, конечно, преувеличиваю. Отправился он не куда-нибудь, а к себе домой и просил незамедлительно звонить, если возникнет нужда в его помощи и поддержке.

Закрыв за ним дверь, я тут же набрала номер Дуськи.

– Деньги у соседки взяла? – тут же задала она вопрос.

– За деньги спасибо. Я тут нашего старичка вспоминала…

– Якова Ивановича? Золотой был дядечка, никаких с ним хлопот.

– Ты о нем больше ничего не слышала?

– Так ведь уехал он, к дочке в Германию.

– Точно уехал? Может, погостил и назад вернулся?

– Ну, должно быть, не вернулся. Я же тебе рассказывала. Он предупредил, что уезжает на две недели. А уж потом из фирмы позвонили и сказали, что насовсем уехал.

– Это я помню, – перебила я, зная страсть Дуськи повторять одно и то же раз по десять.

– В начале июня, кажется.

– Ты, случайно, не в курсе, как он снял дом в Лесном? Через фирму или по частному объявлению? Может, хозяева дачи – его знакомые?

– Не знаю, – подумав, ответила Дуська. – Да и откуда мне? Я ж его ни разу не видела, и по телефону он болтать не любитель. Скажет, что надо, и до свидания. А чего ты вдруг его вспомнила?

– Знакомый дом присматривает, – соврала я.