Дымная река

Все прежние подходы доказали свою несостоятельность, и пару лет назад сэр Джозеф решил послать в Кантон надлежаще подготовленного садовника. Выбор его пал на десятника садов Кью, молодого шотландца по имени Уильям Керр. С порученным делом тот справился хорошо, но последнее время что-то засуетился: в письме уведомил о своем намерении будущим летом отправиться на Филиппины и просил подыскать надежного человека, кому он смог бы доверить транспортировку собранной коллекции растений."

"— Ну что скажете, приятель? — задал вопрос сэр Джозеф.

Хорек взялся исполнить задачу и, хотя с отъездом возникла задержка, справился с делом настолько хорошо, что заслужил расположение влиятельного Куратора: через год-другой он вновь был послан в Китай, но уже не сторожем коллекции, а сменщиком Уильяма Керра. Именно вторая поездка создала ему репутацию среди ботаников и садоводов — из Макао и Кантона, где он провел два года, Хорек привез много новых растений.

— Для многих Кантон стал лесенкой к богатству, и мне повезло оказаться среди этих счастливчиков, — сказал Хорек.

— А какой он, этот город? — спросила Полетт.

Хорек рассмеялся, что с ним бывало редко.

— Ничего подобного, это деловой, невиданно многолюдный полис. Огромный, больше Лондона. Море домов и лодок, а растения объявляются в самых неожиданных местах: укутывают крышу сампана, обвивают прогнившую изгородь, свешиваются с укромного балкона. По улицам снуют тележки с цветочными горшками, реку утюжат лодки, торгующие исключительно цветами. В праздники весь город утопает в бутонах, а цветочники продают свой товар по ценам, которые заставили бы английских садовников позеленеть от зависти.

— Ужасно не терпится все это увидеть, сэр!

Хорек нахмурился.

— Знаете, не выйдет.

— Что? Почему?

— Европейкам запрещен въезд в Кантон. Таков закон.

— Но как же так, сэр? — в отчаянии воскликнула Полетт.