Дымная река

Комнату надлежало подмести за полчаса до прихода Бахрама как минимум, дабы пыль успела осесть, конторку и стул секретаря установить в дальнем углу и нигде больше. Наведение порядка было непростой задачей, поскольку для ее выполнения требовалось растолкать других работников, отнюдь не расположенных получать приказы от столь молодого и неопытного помощника.

Нил еще не видел такого странного помещения, как будто перенесенного из холодных краев Северной Европы: высокий потолок в стропилах, напоминающий церковный свод, и камин, снабженный мраморной полкой.

Историю о том, как хозяин завладел этой конторой, рассказал Вико. На заре своих поездок в Кантон Бахрам, как и все другие парсы, обитал в голландской фактории. Когда-то давно его соотечественники оказали помощь нидерландским купцам, приехавшим в Гуджарат, и позже те отблагодарили парсов: дали приют их дельцам, начавшим торговлю с Китаем. Да еще дед Бахрама, некогда обитавший в Сурате, имел делового партнера из Амстердама, что также проложило дорогу парсам в голландскую факторию.

Оказалось, речь о фактории Фантай-Хон, так называемой «сборной солянке», где обитали чужеземцы разных национальностей. Фасад ее был поскромнее, однако внутренней планировкой она ничуть не отличалась от соседей: вдоль крытого арочного прохода выстроились разделенные двориками дома. Здания были разные: одни маленькие, другие большие, в несколько квартир, каждая из которых имела кухню, чулан, контору, хранилище и жилые покои. Удаленные от майдана дома на задах фактории мало кого привлекали: в темных грязных каморках, похожих на тюремные камеры, селились беднейшие из приезжих — мелочные торговцы, менялы, слуги и младшие конторщики.

Наибольшим спросом пользовались жилища, окна которых выходили на майдан, но таких, учитывая узость фасадов, было немного. Эти апартаменты считались роскошными и стоили соответственно, однако редко бывали не заняты. Поняв, что может заполучить жилье с видом на майдан, Бахрам тотчас внес аванс.