Двенадцать дней Коляды

"

"Следы Красимира были хорошо видны – побрел он не к главной улице, а в обход, прячась за домами. Тревожно на душе у Варны стало, неприятно. Под ложечкой засосало, будто вот-вот случится что-то. Это ощущение было отлично ей знакомо, ничего хорошего оно не сулило. Но идти надо, раз решила сама во всем разобраться.

С каждым шагом становилось все жарче – так разволновалась, что сила пробудилась. Слух обострился, нюх тоже. Тонкий запах болезни вел лучше, чем неровная цепочка следов.

– Что же ты наделал, что же ты…

Красимир входил в чей-то сарай, следы обрывались у дверей.

Она обошла сарай, так и есть – мальчишка выбрался через крошечное окошко. Значит, пытался следы запутать, но разве охотника можно так легко обмануть? Варна фыркнула и пошла дальше.

Тревога усилилась, когда она поняла, что Красимир в лес отправился. Чащи здесь повсюду, местность такая – леса да болота.

Мыслями разными Варна попыталась занять себя, чтобы о плохом не думать, но нутро горело, еще и связь с Дарием натянулась как струна, ребра будто огонь объял.

– Море волнуется раз.

Шепот раздался близко, Варна обернулась, выхватила меч, но вокруг не было ничего, только снег.

Она бегом кинулась к деревьям, как неуклюжий зверь ломилась вперед, ветки трещали, но голос нагнал ее:

– Море волнуется два.

Ох, знает она, что будет дальше. Что за игру эта сила затеяла, почему просто не растерзает ее? Зачем ей покалеченный мальчишка?

– Выходи! – рявкнула Варна, крик обжег горло.

Что-то подсказывало, что игра перестанет быть игрой, если нарушить правила. Нужно решить – сражаться или…

– Море волнуется три!

Варна замерла, застыла на месте, тело решило быстрее, чем голова.

Из-за деревьев вышла старуха, та самая, которая угостила их сластями. Семенит, торопится, валенки в глубокий снег проваливаются. Подошла ближе, глаза блестят, лиловые искры с ресниц срываются.

– Не тронь его. – Старушка покачала головой. – Оставь мальчика.