Две половинки

Станислава Романовна как-то не потрудилась подумать о том, что хозяев может попросту и не быть в доме – уехали или ушли куда-то, и тогда ей придется выбираться назад таким же образом, что со стороны смотрелось вполне определенно: как попытка проникновения на чужую частную собственность с криминальными намерениями. Но даже если б и подумала, то ее мало что могло сейчас остановить.

Подтянувшись повыше, она перекинула одну за другой ноги через калитку, повисла на руках и свалилась кулем вниз, пребольно плюхнувшись на пятую точку.

Фигня! Главное – получилось!

К счастью, никуда хозяева не уехали – вон машина стоит у ворот, не самый новый джип «Ровер», почему-то не загнанный в гараж – значит, дома! Протопав, как слон, по ступенькам веранды, Стаська заколотила в дверь и заорала:

– Эй!! Откройте!! Есть кто дома?! Пожалуйста, это очень срочно!!

И тут она подумала, что все бесполезно! В доме стояла тишина, и никто не собирался ей открывать, ну хотя бы для того, чтоб навалять по шее непрошеной нахалке.

И испугалась!

Осознав, что пока она тут по заборам лазает и орет как оглашенная, Василий Федорович лежит беспомощный, и «Скорая» действительно сюда не поедет, а если и поедет, когда она доберется в поселок-то!

Дверь распахнулась!

«Хороший мужик», и, вполне вероятно, что «хороший доктор» действительно спал. Если, конечно, открывший дверь здоровенный дядька, взлохмаченный, с помятым от подушки лицом, с голым торсом, в явно наспех натянутых и не до конца застегнутых джинсах и был искомый ею с таким упорством сосед.

– Вы доктор?! – не сбавляя громкости, допытывалась Стаська.

Он ошалело, непонимающе посмотрел на нее – орала Стася будь здоров!

– Доктор, – подтвердил мужик, решив, по всей видимости, что лучше согласиться с неадекватной барышней.

– Скорее, пожалуйста!!! – продолжала кричать Стаська, и руки просительно судорожно сцепила в замок, прижав к груди. – Там Василий Федорович!! Умирает!! Сердце!!

Взгляд мужика приобрел осмысленность, а с ней и суровость.

– Зайдите! – распорядился он и куда-то исчез.

Стася шагнула через порог, но дверь закрывать не стала, так и стояла на старте, готовая бежать. От адреналина, бурлившего в крови и колотящего сердце, или от холода ее била крупная неконтролируемая дрожь. Как провинившаяся школьница, девушка переминалась с ноги на ногу и смотрела вниз на отпадавшие с сапог пласты снега, превращающиеся на полу в маленькие озерки.

– Идемте! – откуда-то сбоку вышел дядька.