Две половинки

Больших шагнул в подъезд, дверь за его спиной медленно и плавно затворилась. Постоял, прикрыл ладонью глаза.

«Стаська…» – подумал он.

И вдруг сорвался с места и понесся, проигнорировав лифт, по лестнице, перемахивая по три ступеньки, не останавливаясь, не раздумывая больше, нажал кнопку звонка в ее квартиру и не отпускал!

Стаська переводила особо замороченный абзац любовной саги из французской жизни. Получалось не очень. Это и по-французски звучало, как графоманская белиберда с ярко выраженным эротическим уклоном, а по-русски все ей какие-то «ланиты» в комплекте с «устами» лезли в голову, и от раздражения тянуло присовокупить «взор горящий со спертым дыханием»!

Господи, какая чушь!

Стаська хлопнула по клавиатуре ладонью, окончательно разозлившись.

– Сразу видно «большой умственности человек» писал! – крутанулась она на стуле и попеняла себе: – Ты имя родины высокое несешь, Игнатова? Вот и неси, переводи, чтобы было высокохудожественно!

Поворчала на себя, на писательницу притюкнутую, в день рождения которой, по всей видимости, природа с музой отдыхали, хоть и француженка!

Оттолкнулась ногами от пола, откатилась на стуле от компьютерного стола, встала и пошла в кухню, кофе сварить.

Стася включила чайник, достала турку, кофе с полки, взяла чашку из посудной сушилки и…

И не донесла до столешницы, чашка выскользнула из пальцев, громко хлопнулась об пол, разлетевшись на мелкие кусочки!

А у Стаськи почему-то сильно бухнуло сердце.

– Да что за ерунда! – возмутилась она.

Раздраженно достала совок, веник, смела осколки и не высыпала, а вышвырнула в ведро.

Сердце бухало, бухало, бухало, не успокаиваясь!

Стаська остановилась, замерев и холодея от испуга, приложив ладошку к груди, где стучало набатом, вытворяющее черт-те что ее заполошное сердце, и почему-то подумала:

«Что-то со Степаном!»

И в этот момент раздался звонок в дверь – длинный, непрерывный, требовательный!

Вздрогнув всем телом, она сорвалась с места, побежала в прихожую и остановилась, не решаясь открыть – звонок заливался, отдаваясь в мозгу, она стояла застыв и не могла открыть, точно зная, кто там…

Опомнилась, испугалась, что он сейчас передумает и уйдет:

«Что я делаю?!»

Открыла замок дрожащими неуклюжими руками, распахнула дверь…

– Ничего не говори!! – потребовал Больших и сделал шаг через порог.

Она отступила на шаг назад, не отрывая от него неверящего потрясенного взгляда.