Проданная ему

— По традициям его народа, когда в доме гости, женщины не садятся за один общий стол с мужчинами. Но так как мы у себя дома, Эмин не всегда соблюдает это правило, просто нужно выждать время, пока мужчины обсудят свои темы без женских ушей. Вот в Грозном, там с этим строго, не люблю туда ездить.

— Почему? Руслан, вроде тоже из Чечни, — как же я ничтожно мало знаю о человеке, за которого собираюсь замуж. Мне и в голову не приходит спрашивать у него разрешения садится за стол.

— Во-первых, моя любимая свекровь никак не смирится с моим существованием.

Это долгая история, почему так, как-нибудь на досуге расскажу. Во-вторых, правила религии, соблюдение традиций — это все настолько далеко от меня, что, приезжая на родину мужа, чувствую себя белой вороной.

— Мама, папа уже зовет, — кажется теперь прибегает средний сын Умаевых.

— Пришел бы и помог ваш папа, а то только командует, — ворчит Стелла.

Мы в течение десяти минут быстро накрывает на стол, Руслан и Эмин в это время спокойно сидят и даже ни разу не предложили помощь.

Я впервые столкнулась с тем, что Руслан ведет себя, как типичный восточный мужчина. С трудом верится, что этот тот самый человек, который может за собой помыть посуду и даже встать у плиты. И мне не нравится его поведение. Смотрю исподлобья на него рассерженным взглядом, не ведется.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Провожаем Старый год? — Руслан кладет руку на мой стул, легонько пальцами поглаживает по плечу.

Незаметно, скрыто, точно так же, как Эмин на кухне трогал Стеллу. Странные мужчины.

— Да, в Новом у нас небольшие изменения.

— В смысле?

— Я, наконец-то, сбагрил в Грозном бизнес дяде, прям гора с плеч, а еще, — ласково смотрит на Стеллу, та со стаканом сока насмешливо косится на Руслана. — Мы станем родителями. Аллах вновь благословил наш дом.

Вздрагиваю, когда мужчины что-то на непонятном языке произносят, Стелла никак не реагирует. Что-то чужое, незнакомое вторгается в мою жизнь без спроса, и я не готова это принять и понять.

Позже это странное чувство неприятия притупляется, но не исчезает."

"Мы болтаем, смеемся, пытаемся накормить детей, но все это как-то происходит будто со стороны. Я стараюсь расслабиться, но не получается.

— Все хорошо? — шепчет на ушко Руслан, прежде чем я с Лизой поднимаюсь на второй этаж. Смотрю в его черные глаза. Вроде мой Руслан, тот самый, который прошел со мной очень многое, и понимаю, что чужой, многое о нем не знаю.