Души в клочья (СИ)

Казалось, что у него внутри кипит куда более суровое сражение, чем то, что он развернул в реальности. Души не могли прийти к согласию, и его трясло от постоянных колебаний силы.

— Я люблю его, — прошептала я, поднимая на Филиппа умоляющий взгляд и чувствуя, как по щеке течёт одинокая слеза. Обещала же себе больше не реветь, но, увы… не сдержалась.

— Ответ неверный, принцесса! Ты любишь меня! Неужели забыла?

— Любовь не мимолётное чувство. Если она поселилась в сердце, её не вытравят ни пара лет, ни безразличие.

Влюблённость же — совсем другое дело. Время и отчуждение не оставят от неё ни следа. В тебя я была влюблена, Филипп. Ты растоптал мои чувства. Не этого ли ты хотел с самого начала? А Люций… он тот, ради кого я готова расстаться с жизнью, и сделаю это с радостью, если тем самым спасу его от твоего гнева.

Диал смотрел на меня неверящим взглядом и, кажется, обдумывал сказанное. А затем его буквально снесло с места. Люций наконец-то выбрался из каменного плена и накинулся на Филиппа. Пока они колотили друг друга, я увидела, что Дуэйн всё ещё сражался с уродливым големом, который двигался без участия своего создателя и наносил удары по тем местам, где буквально недавно находился черноволосый мечник.

Грей атаковал чудовище с расстояния так, что из громадины то и дело вываливалось несколько глыб, но она всё ещё не теряла устойчивости. Местами на ней виднелись следы от огненных атак моего новоявленного свёкра, однако передвигалась она всё ещё свободно.

Брат и Алмор-младший действовали сообща, и уже в следующее мгновение Дуэйн вскочил голему на загривок и вбил один из своих мечей в зазор между валуном, представлявшим собой голову создания, и телом.

Не теряя времени, он ударил по рукояти что было мочи, снося каменюку с её места. То же он повторил и с «руками» противника.

Лишившись равновесия, голем завалился назад и, упав на землю, рассыпался на множество отдельных валунов. Без контроля и помощи создателя его судьба была решена.

— Спроси её! — Крик Филиппа вернул меня к тому, что происходило у меня перед глазами.

Муж и Люций держали друг друга за горло и стояли неподвижно, сверля друг друга взглядом. Оба без сил, дыхание тяжёлое. Видно, что схватка вымотала их и ни один не может её продолжить.

— Мне нужно знать. Спроси её, правда ли это, и я обещаю сохранить ей жизнь, каким бы ни был ответ.

Люций посмотрел на каменного, решая, стоит ли ему доверять.

— Какой вопрос я должен задать? — сказал он спокойно, но голос слегка дрогнул.