Дурман

 — Что ты ржёшь, убогий?

Витька не обиделся, ещё разок хохотнул, после чего заметил:

— Вы же никогда не праздновали годовщину с родственниками. А тут с чего?

— Как-то к месту пришлось. Отец приезжает, встретиться надо с ним перед отъездом. А если уж своих пригласить, то перед тёщей и тестем неудобно.

— Ага. Светка, наверное, рада.

— Ладно, не трепи нервы. И без того…

— Что?

Алексей в раздражении махнул рукой.

— Годовщина какая-то. Сроду не праздновали. Ну, я понимаю, годовщина свадьбы, а тут… — Он фыркнул. — Восемь лет, как познакомились.

— Это ты себя сейчас успокаиваешь?

Алексей пальцами по столу побарабанил.

— Просто думаю, с чего ей вдруг это вспомнилось.

— Ну, у неё в последнее время было много свободного времени. Чем ещё заниматься?

Лёша опасно прищурился.

— Почему ты меня так бесишь?

— Потому что правду говорю? — невинно вопросил Ефремов. Затем враз посерьёзнел, на стол навалился и спросил: — Лёх, а если Светка узнает? Что-то ты на самом деле мозгами поехал.

Алексей подбородок потёр.

— Что, так заметно?

— А о чём ты последнюю неделю думаешь? Не о работе точно, как выясняется и не о жене. Значит, о ней. Как, говоришь, её зовут?

— Ира.

— Ира, — повторил Виктор за ним. Даже губами причмокнул, что выглядело совершенно глупо. Алексей наблюдал за ним, и почему-то совсем не удивился, когда Ефремов вдруг нахмурился. Взгляд на него перевёл и свёл брови у переносицы. — Помню, была у тебя одна Ира, от которой у тебя тогда мозги совершенно в другую сторону свернуло.

Алексей невольно ухмыльнулся.

— Помню.

— Не везёт тебе на это имя.

— Да? А по мне, так как раз везёт.

Виктор на спинку кресла откинулся, сложил руки на груди, потом всё-таки спросил:

— Ты ведь не хочешь мне сказать…

— Не хочу, — оборвал его Алексей довольно резко.

А Ефремов выругался и совсем другим тоном поинтересовался:

— Где вас чёрт свёл?!

— Вить, ну какая теперь разница? — в некоторой досаде проговорил Алексей.

— И что, в рожу тебе не плюнула, когда встретила?

— Не плюнула, — ответил Алексей, но тон был достаточно резкий и недовольный.

— Действительно, — не скрывая иронии, проговорил Виктор в сторонку. — И чего я спрашиваю. Если вспомнить о том, что ты теперь из её постели почти не вылезаешь.