Дрожь

Я прижимаюсь лбом к стеклу, прикрываю глаза с двух сторон у висков руками и заглядываю в окно. Внутри находится сложный на вид пульт управления и различные мониторы. Я практически уверена, что даже если мы сломаем дверь и проникнем внутрь, мы не сможем запустить подъемник. Явно нужен какой-то ключ.

Не важно. Сами спустимся вниз. Пока не закончится снег – на сноубордах, дальше пешком. Идти придется долго, потому что снег заканчивается довольно высоко, но мы должны спуститься за полдня.

Я слышу шаги за спиной. Это Дейл.

Дейл осматривается.

– Все еще заперто?

– Угу, – киваю я и пытаюсь его обойти, чтобы вернуться наверх.

Он хватает меня за правую руку.

– Это ты пригласила нас сюда, Милла?

– Нет.

Я пытаюсь вырвать руку, но он держит крепко.

– А почему моя жена говорит, что нас пригласила ты?

В этом месте какая-то особая атмосфера. Словно дикая местность этих гор и нас делает дикими. Или, может, все дело в том, что мы находимся вдали от остальной цивилизации. Нас некому здесь сдерживать.

– Я не знаю. Пусти меня.

Он не только не отпускает, но и хватает сильнее.

– Вначале ответь мне.

Сердце сильно колотится у меня в груди, но в подобных ситуациях нельзя демонстрировать свой страх.

– Я ведь могу тебе врезать, – говорю я.

Нападение – лучшая защита, по крайней мере, так считают мои отец с братом.

Дейл и глазом не моргнул.

– Думаю, у меня выйдет сильнее.

Мы принимаем боевые стойки, и я пытаюсь найти следы того Дейла, которого я помню – какую-нибудь татуировку, дырку в ушах или губе, ведь раньше он был весь в пирсинге. Но ничего нет. Словно тот Дейл никогда не существовал.

Глава 20

Десять лет назад

Саския не сняла спортивные брюки, в которых катается на сноуборде.

– Что ты там мешаешь? – спрашиваю я.

Саския поворачивается ко мне, ее глаза смеются.

– Свеклу, морковь, шпинат и лимон.

Она чувствует, как я нервничаю, когда вручает мне напитки? Подозреваю, что чувствует. Теперь она уже несколько раз приносила мне стаканчики с кофе на гору.