Древние

Идущий, вернее летящий, в открытую вызывает меньше подозрений, чем старающийся подкрасться незамеченным.

Уже смеркалось, когда он заметил дымок над деревьями, у самого берега.

Источником дыма оказался костёр, разведённый, видимо, в качестве маяка для Пауков.

Сами эльфы вовсю обустраивались на ночлег, растягивая меж деревьев навесы и гамаки. Очень разумное решение в жарком, влажном климате. Американские морпехи использовали такие же приспособления во время боёв на Тихом океане во время Второй мировой войны.

Спальные места остроухие искусно маскировали, подгибая ветви деревьев и кустарников и связывая их между собой.

Причём настолько естественно, что подлети Лёха позже — ни за что не смог бы их найти. Поневоле вспомнились эльфы Толкиена, обладающие сверхъестественной способностью прятаться в лесу.

Пленные смирно сидели на земле в сторонке от основного лагеря, под надзором двух часовых. Раненых видно не было: может, добили, а может, отправили домой, в местный госпиталь.

«Магов чувствуешь?» — спросил Стриж у демона.

Именно остроухие маги были его ахиллесовой пятой. Он ещё не испытывал на себе действия их заклинаний, но очень даже могло быть, что иммунитета к ним нет, как и к силе демонов.

А магу глубоко пофигу насколько продвинутый у него крылатый доспех: зажарит в собственном соку, или устроит ему казнь «электрический стул».

«Нет», — в голосе демона слышалось разочарование, а вот Лёха преисполнился оптимизмом.

Не особенно опасаясь, он подлетел к эльфам и демонстративно-неторопливо приземлился в стороне.

От идеи зависнуть над их головами и вести переговоры из этой позиции Стриж отказался: он хотел наладить контакт, а не нагнетать напряжение.

Что там за конфликт у местных между собой — он не представлял, а с выводами торопиться не хотел. Идти на конфликт — тоже. Он вряд ли закончится хорошо и, кто знает, останется ли в живых кто-то из владеющих языком людей.

А в том, что при контактах с Пауками кто-то должен понимать их язык, Стриж практически не сомневался. Был, конечно, небольшой шанс, что это один из магов освоил эльфийский, но это вряд ли.

Даже спасённая им эльфийка могла связать несколько слов, значит дело не в религиозном табу или неспособности осваивать новые языки.

— Я хочу поговорить! — громко объявил он, внимательно отслеживая тех ушастых, что схватились за луки. — Натяните тетиву — будет плохо. Я нервный.

Напуганными эльфы не выглядели — скорее удивлёнными и заинтересованными. При виде крылатой брони их глаза алчно засверкали.